– Отец умер еще в прошлом году.
– Когда? Как? – Широкоплечий здоровяк, казалось, был потрясен известием до самой глубины души. – Во имя Стража Бездны, что случилось?
– Отойди подальше, я открою дверь.
Тингралл безропотно отступил на несколько шагов. Дверь распахнулась и на пороге возникла щуплая худощавая девушка лет восемнадцати, сжимающая в руках громадный двуручный меч. По ее движениям можно было понять, что оружие она взяла в руки не впервые, пользоваться им умеет и без колебаний способна пустить свой меч в ход.
– Призрачные волки, – заявила девушка, направив острие меча точно в грудь Тинграллу. – Он вышел нарубить дров и не успел вернуться. Я видела его последнюю битву из окна. – По щеке девушки скатилась слезинка, но громадный меч в руках даже не дрогнул. – В последнее время нечисть совсем обнаглела. Посреди дня по улицам ходит. Волки-тени, крюколапы, фокусники. Несколько месяцев назад крылачи устроили гнездо неподалеку от деревни и успели сожрать двоих, прежде чем мы их сожгли вместе с гнездом, а ведь они тогда уже успели отложить яйца. Кое-кто клялся, что совсем недалеко слышал рев дендроида.
Тингралл неподвижно стоял, затуманившимся взором глядя в пустоту.
– Мне жаль Орснала. Он был хорошим человеком. А тебя я помню – ты его дочь… Забыл имя…
– Филара. А как докажешь, что ты – это ты, а не фокусник в твоем обличье?
– Помнишь, тебе было лет пять-шесть. Мы с твоим отцом сидели возле очага. На улице была метель. Было уже поздно, а ты не хотела ложиться спать, потому что играла со щенком, которого я вам принес. А твоя мать тогда сказала, что если ты немедленно не пойдешь в кроватку, то она выбросит щенка на улицу, чтобы его сожрали призрачные волки.
Громадный меч медленно опустился:
– И я сказала, что тогда она может выбросить за порог заодно и меня. Кстати, пес погиб вместе с отцом. Он до последнего защищал его, когда жестоко израненный Орснал пытался доползти до дверей. Волки расшвыряли его внутренности по всей деревне… устроили пир… – Девушка тряхнула головой и, отбросив в сторону тяжелые воспоминания, прямо спросила. – Чего ты хочешь?
– Вообще-то я хотел бы найти проводника…
– У нас ты не найдешь проводника. Никто в своем уме не полезет сейчас в болота, даже в сопровождении бывалых колдунов и сотни солдат. Нечисть… она будто что-то чувствует, чего-то ждет… Ушедшие в болота не возвращаются.
– Тогда хотя бы объясни дорогу. – Тингралл вытащил карту и протянул ее Филаре. – Некоторое время девушка молча изучала бумагу, игнорируя трепещущее на ледяном ветру платье и не забывая привычно оглядываться по сторонам.
– Вы хотите пройти в древние руины? – Увидев решительный кивок, она, пожав плечами, вернула карту. – Тогда вам лучше идти вдоль реки, пока в трех днях пути от деревни не наткнетесь на громадный источенный ветрами утес. Там сворачивайте вглубь болот. А дальше я не знаю – никогда не была в тех гиблых местах. Но лучше всего, забудьте об этом и вернитесь по домам, тогда вашим женам и детям не придется проливать слезы.
Молча повернувшись, девушка вошла в дом и с грохотом захлопнула за собой дверь. Изнутри послышался едва различимый плач младенца.
Тингралл задумчиво пожевал губу, а затем, огласив окрестности громким свистом, подал сигнал к выступлению. Отряд двинулся к берегу протекающей неподалеку бурной речки, которая никогда не замерзала даже в самые сильные морозы.
Тингралл равномерно шагал впереди отряда, оставляя позади милю за милей. Следом за ним также неспешно шли остальные участники этой безумной вылазки. Солдатская сотня шла особым походным строем, применяющимся Имперскими легионами в условиях возможной засады противника. В кустах постоянно мелькали начищенные панцири дозорных и разведчиков.
– Я начинаю беспокоиться, – негромко проворчал широкоплечий предводитель подошедшему Памфилу. – Местные говорят, что в последние годы активность нечисти резко возросла. Такого не помнят даже старожилы. Они считают, что здешние твари что-то чувствуют… Будто бы зло снова начинает поднимать голову… Не знаю, но мне это не нравится. Возможно, не следовало брать в поход новичков…
Памфил пожал плечами, пристально изучая противоположный берег реки, где в густых зарослях слабо шевелились ветви. Ветер? Или… Нетрудно было бы узнать это с помощью магии, но некоторые представители местной нечисти особо чувствительны даже к самому слабому отголоску волшебства. Спровоцировать атаку какой-нибудь твари вроде землероя он нисколько не хотел.
– Пожалуй, мне стоит особо присмотреть за ними… Что там такое?!