Оставшееся после Раскола смертоносное наследство еще долго будет будоражить Мироздание. Шрокены и кольца Раканаса. Молниеметы и самоходы. Смертоносные узлы засевших в эфире заклятий. Особняком здесь следует поставить Ключ Маркела, который стал сущим проклятием Грастоса.
Но жизнь – это та штука, которая способна преодолеть все…
Издание 1823 года, предназначенное для студентов Высшей Академии Магии на Роднессе.
Разорванный круг
Волны отчаяния
Он возвращался. Возвращался, чтобы завершить то, что было необходимо. Он возвращался, чтобы дать людям последний шанс перед надвигающимся кошмаром.
Страж Бездны покинул свое многовековое заточение и вновь ступил на земли Мироздания. Проведя столетия в коконе антимагии и пережив тысячу семьсот лет одиночества, он изменился. Теперь это уже был не тот в чем-то легкомысленный, а в чем-то высокомерный Маркел. Теперь это был Страж. Тот, на чьих плечах лежали судьбы всех смертных человечества.
Свыше полутора тысячелетий он провел вдали от всего, что ему дорого. В ужасных судорогах и корчах пало Единение, провозгласив наступление Эпохи Хаоса. Он ждал. Во тьме и отчаянии миновали напоенные кровью века страха и крови. Он ждал. Война на Грастосе и чуть было не попавший в руки Падших Ключ оставили в его душе еще один шрам. Он ждал. Медленно поднимала голову Империя. Объединитель, взяв в руки древнее двузубое копье, сделал свой первый шаг к власти над Мирозданием. Он не препятствовал ему.
Он исполнял свой долг.
Семнадцать веков в пропасти отчаяния и мучительного страдания. Целая эпоха наедине со своими мыслями. И с Бездной.
Именно тогда он окончательно уверился в том, что раньше только подозревал. Бездна оказалась не просто безжизненной стихией, жадно вцепляющейся во все не принадлежащее ей изначально. Безграничная волна мрака, из которого и вышло все Мироздание, обладала своим собственным разумом. Чуждым и неестественным. Нечеловеческим.
И тот, кто некогда был Великим Творцом Маркелом, а теперь был известен людям как Страж Бездны, начал осторожно проникать в тайны Мироздания. Всеобъемлющая тьма великодушно поведала ему…
Издание 1823 года, предназначенное для студентов Высшей Академии Магии на Роднессе.
6 год после Раскола.
– Проклятье! Проклятье на душу этого дурака Маркела! Будь он проклят на все века… Я убью его! Убью!! Клянусь Вечностью!
– Успокойся. – Голос Арминии звучал устало и опустошенно. – Твои крики и топанье ногами нам ничем не помогут.
Иринарх бросил последний напоенный ненавистью и злобой взгляд на поверхность белесого шара уже на четверть погрузившегося в песок и, скрежеща зубами, отвернулся. Устало вздохнув, Арминия села на песок и осторожно развернула окутывающие ее ступни лохмотья, некогда бывшие роскошным шелковым платьем.
– Как тяжело быть слабым и беспомощным. Ведь, казалось бы, совсем недавно мы были правителями миров, вели в бой армии, решали будущее Мироздания. А теперь… – Падшая мрачно уставилась на ссохшуюся и покрывшуюся мелкой паутиной трещинок кожу на руках. – Знаешь, сейчас я жалею, что Творцы бессмертны. Мы умираем. Мы страдаем. Мы испытываем непереносимые муки. Но мы не можем умереть… А я хочу этого. Хочу смерти…
– Этот проклятый… Он не оставил нам даже возможности самоубийства. Я не могу умереть! – Иринарх, некогда бывший высоким черноволосым мужчиной, теперь напоминал согбенного старика. Белесые пряди волос слабо шевелились под едва ощутимым дыханием ветерка. – Пять лет мы провели здесь. Без крошки еды. Без капли воды. Без магии! И каждую минуту я ощущаю, как распадается это тело. Оно ссыхается и превращается в прах.
– Мы уже мертвы. Эти тела давно умерли. И только наши души никак не могут обрести покоя. Мы мертвы и одновременно с этим мы все еще живы… Боль. Смерть, жадно тянущая свою руку к нашим душам, но никак не могущая их взять. Адские муки… И это будет длиться до тех пор, пока мы не выберемся отсюда.
– Но как мы можем вырваться? Мы обошли весь этот мир вдоль и поперек. Пешком! И не нашли ничего такого, что могло бы дать нам хотя бы мизерный шанс. Мы обречены…
– Тебе так хочется через три-четыре столетия превратиться в выбеленный солнцем скелет, в котором все еще будет теплиться жизнь? Твое тело распадется и превратится в прах, а душа… Эта участь неизбывно хуже смерти! Мы не должны отступать. Мы не можем сдаться… Клянусь, я еще увижу свет иных солнц!
– И что ты предлагаешь?
Арминия тяжело вздохнула и ощупала свое лицо, превратившееся в обтянутый тонкой пергаментной кожей лик смерти. На песок медленно упало несколько выцветших на солнце волос какого-то неопределенного цвета.
– Мы не можем спастись. Помощь извне добраться сюда не сможет. Маркел не собирается выпустить нас на волю. Мы даже не можем умереть. Остается только одно… Мы будем ждать. Когда-нибудь… Возможно, лет через триста…
– Триста лет в этом кошмаре?! Ты обезумела? Мы столько не выдержим!
