– Господин… кхм… Великий Творец?
Маркел обернулся и оказался лицом к лицу с широкоплечим бородатым мужчиной, в волосах которого уже появилась седина. За спиной одетого в простые походные одеяния воина, поддерживаемые сложнейшим переплетением ремешков, виднелись двузубые наконечники сразу двух шрокенов.
Память Творца сразу же вытащила наружу имя этого колоритного типа. Очиститель. Весьма и весьма опытен. Не получил титула Магистра не потому, что недостоин, а потому, что совершенно не умеет плести закулисные интриги и бороться за спокойное кресло в Цитадели. Таких людей следовало беречь…
– Говори, Тингралл.
– Ну… собственно, господин Творец… Я хочу спросить…
– Что будет дальше? – Прозорливо улыбнулся Маркел.
– Ух-х… Ну почти… В общем-то да. Цитадель буквально кипит. Отменены все экспедиции. Возвращены все патрули. Тренировочные площадки забиты. А в классах для подмастерьев теперь преподают исключительно военное дело… Война?
– Война. – Переведя взгляд в окно, Маркел пустым взором окинул безбедно плывущие по небосводу облачка. – Конечно, война. Или ты думаешь, что Падшие сдадутся без боя?
– Нет. Не думаю. Но ведь они – Падшие. – Тингралл посмотрел на свои мозолистые ладони и медленно сжал кулаки. – Они – Падшие Творцы, а мы – всего лишь смертные. Что мы можем сделать?..
Маркел вздохнул.
– А я и не заставляю людей драться с Творцами. Знаю, что это бесполезно. Иринарх и Арминия – моя забота. Но вот их приспешники… Люди и твари… Представь себе наступающую орду из десятков тысяч вооруженных булавами крюколапов, тысяч мечезубов, сотен крылачей, десятков дендроидов. И все они действуют под единым командованием. Единая воля управляет ими. Волшебники-предатели прикрывают их непробиваемыми щитами. Отряды солдат, вооруженных шрокенами и защищенных кольцами Раканаса…
– Они сметут все на своем пути, – прошептал Очиститель.
– Сметут, если мы не будем готовы отразить их удар.
– Тогда нужно поставить в известность Империю. Императрица должна начать набор войск. Подготовить легионы…
– Императрица… – Маркел горько усмехнулся. – Если бы ты был на месте Падших, куда бы оказался нацелен твой первый удар? Конечно же… Таулус. Дворец Совета. Сердце и мозг Империи… Я нисколько не сомневаюсь, что Императрица либо уже превратилась в безвольную марионетку, либо окружена полчищами предателей. Она уже ничего не решает.
– Но… Нужно же немедленно что-то делать!
– Я делаю, Тингралл. Делаю, что могу. Сейчас нужно действовать осторожно, чтобы не спровоцировать врага выступить раньше срока. Иначе мы рискуем проиграть войну еще до ее начала. Мы еще не готовы. Расколовшая Империю внутренняя война – вот что сейчас нужно Падшим. И, несомненно, они уже готовят что-нибудь в этом роде.
Маркел устало облокотился на подоконник.
– Иногда я жалею, что не могу оказаться в нескольких местах одновременно. Но ты прав, в любом случае, следует навестить Дворец Совета на Таулусе.
О, Вечность, почему я? Почему я должен тащить на себе этот груз? Все Мироздание исчезнет в мгновение ока, если я ошибусь. О Великая Вечность…
Слова Договора огненными буквами пылали в его голове. О, Вечность, я должен…
– Где я?..
Пустота и бескрайняя тьма. Ни единого лучика света.
– Кто я?..
Молчание. Мертвая давящая тишина.
Он, она, оно. Неведомая сущность, парящая в абсолютной тьме и безмолвии неведомого пространства. Но это была не Бездна. В Бездне холодно, а незримое нечто не ощущало холода. Впрочем, оно не ощущало и тепла. Не ощущало вообще ничего. Все чувства исчезли, пропали, испарились в бескрайнем тумане невероятного расстояния.
Оно не помнило ничего. Вся память тоже исчезла, истерлась, опустошилась. Разум этого нечто был девственно чист. И сквозь эту пустоту пробивалась одна-единственная отчетливая мысль. Я не одна… Не один?.. Не одно?..
Сущность знала, что она не одна. Где-то близко и в то же время неизмеримо далеко находилось еще одно, одна, один… Нечто. И она продолжала мысленно взывать:
– Где я?.. Кто я?.. Где ты?.. Кто ты?..
Императрица Гартонезия только что приняла ванну и поэтому пребывала в превосходном настроении. Поправив свою неизменную корону, представляющую собой оправленный драгоценностями и золотыми украшениями обруч древнего защитного кольца, которое захватил в бою ее далекий предок, правительница величайшего государства Мироздания со времен Единения расположилась на мягком диване, обложившись маленькими подушечками.
– Можете идти.
Повинуясь вялому жесту, служанки поспешно присели в безукоризненных реверансах и одна за другой выскользнули за дверь. Снаружи послышалось лязганье металла – Имперские стражники заступили на свой пост.
Похлопав рукой по одной из подушечек, Гартонезия поманила свою любимую кошку.
– Кис-кис… Иди сюда, моя лапочка.
