Было бы это летом, Катя натянула бы на себя шведский мундир и с бутылкой в руках разыграла бы спектакль под названием «пьяный новобранец». Благо, успела за минувшие полгода изучить язык скандинавов — спасибо Юхану и вполне сошла бы за молодого солдатика. Поорала бы хмельные здравицы в адрес короля, отвлекая на себя внимание, а в это время парни тихо и быстро вспороли бы противоположную стенку палатки и упаковали бы его величество в лучшем виде. Сейчас всё будет иначе.
Понятный бойцам жест: снять охрану. Сама — в обход. Туда, где на полотнище походного жилища виднелась чёткая тень короля.
Мозг холодно отсчитывал мгновения и шаги. На ходу вспоминались важные детали: писали, что у Карла был высокий болевой порог. Значит, его нужно вырубать сразу и качественно, чтобы упал и не мяукнул, иначе на вопли вся шведская армия сбежится. Придётся работать по старинке — коротким ударом снизу-сбоку в челюсть, вызывая сотрясение и потерю сознания.
…Шорох у входа король расслышал очень хорошо. Видимо, никаких нехороших подозрений у него не было, так как он даже не счёл нужным оторваться от работы с бумагами. Чего мог бояться король шведов посреди шведского же лагеря, правда? Но когда полог отдёрнулся и в проёме предстало …снежное привидение, не иначе, его величество, чуждый всякой потусторонней мистики, мгновенно схватился за шпагу.
Сзади раздался звук — вроде свиста. Оглянуться молодой король уже не успевал, лишь развернулся боком …и чуть не заорал. «Чуть» — потому что и этого сделать не успел. Из-за распавшейся на две половины плотной ткани вылетел ещё один белый призрак — прямиком к нему — и сделал всего одно резкое движение рукой.
Мир для короля шведов померк.
