— …Эй, солдат-девица! — насмешливо окликнул её какой-то белобрысый рядовой в строю. — А мне дашь?
— По морде, — невозмутимо ответила Катя, подавляя вздох разочарования. Опять придётся воспитывать. Но такие настроения надо пресекать сразу и жёстко. — Два шага вперёд.
— С чего бы это…
В руках девицы невесть каким манером объявился самый обычный кремнёвый пистолет. Громыхнул выстрел. Прямо у ног говоруна взбился изрядный фонтанчик земли.
— Я дважды приказания не повторяю, — сказала она, засовывая разряженный пистолет за пояс.
Солдат нехотя подчинился. Ему почему-то стало резко не смешно.
— Имя и чин.
— Федот Игнатьев сын Новиков, солдат первой роты Копорского полка, — ответил тот, уже без прежнего энтузиазма.
— Давно в полку?
— Полный год.
— Со шведами дрался?
— Никак нет.
— Ваше благородие, — подсказала девица.
— Никак нет, ваше благородие, — солдат уже понял, что зря закусился с этой особой: сейчас она начнёт злоупотреблять властью, тем более что свои офицеры не спешат вмешиваться.
— Плохо, — произнесла та. — При тебе сейчас фузея с багинетом и шпага. У меня и того нет. Нападай… Приказ понял?
Солдат атаковал, как учили — с фузеей наперевес, багинетом вперёд. О шпаге даже не вспомнил. И очень удивился, когда оружие, только что направленное прямо в живот девице в непривычном пятнистом мундире, вдруг дёрнулось кверху и стало выворачиваться из рук. Попытался удержать — куда там. Только сам равновесие потерял. В следующий миг он понял, что и фузею не удержит, и на ногах не устоит. А когда грянулся спиной наземь, его же собственный багинет упирался ему меж рёбер.
— Вот так шведы и станут вас убивать, — громко сказала солдат-девица, не давая ему подняться. — А теперь я покажу, как вы сами станете убивать шведов… Рядовой Новиков, встать! Повторить атаку.
Прошло четыре года, и снова Копорский полк. Знакомые рожи — Федота Новикова и его товарищей. Только в этот раз при виде солдат-девицы в изорванном мундире преображенского поручика в их глазах отражались опаска и уважение. Наверняка уже успели подраться со шведами, и раз до сих пор живы, значит, усвоили науку ближнего боя как надлежит.
Не зря старалась.
6Как и следовало ожидать, шведы вечером вновь начали обстрел. Но на этот раз кидались ядрами и бомбами по укреплениям, вернувшись к тактике беспокоящего огня по противнику. Защитники крепости только плечами поживали: и охота ему порох жечь? Нет у Карла многих месяцев времени и большого обоза с запасами, чтобы город с провиантскими складами внутри стен мог опасаться длительной осады. Да и проблемы у шведов нарисовались нешуточные. Наличие вражеской основной армии под боком кого угодно мотивирует готовиться к сражению, а не тратить порох на бессмысленные обстрелы.
Кого угодно — но не Карла Двенадцатого.
