Как и предсказывали приметы, пришла короткая оттепель, с раскисшими в кашу дорогами и мокрым снегом, временами переходящим в ледяной дождь. Соваться в такую погоду на улицу не хотелось совершенно. «Немезидовцы» откровенно маялись от вынужденного безделья и сочувствовали своим, которым сейчас приходилось тащиться по такой погоде на телегах с наспех сооружёнными тентами. «Я тебя слепила из того, что было», — такой девиз можно было написать на борту любой из этих повозок. Другое дело, что термобельё и тёплая одежда из двадцать первого столетия делали этот переход чуть более комфортным, чем для подрастерявшей боевой дух русской армии.
Катя с трудом представляла, как и насколько долго в такую очаровательную погодку будет сюда добираться король Август Саксонский, он же Сильный, он же Польский. Ещё большей загадкой для неё было, почему Пётр не поехал в Новгород с Карлом Двенадцатым под мышкой, чтобы провести трёхсторонние переговоры в куда более комфортных и безопасных условиях. Он ведь именно туда поначалу и направлялся, чтобы дать живительного пинка ответственным за набор пополнения для армии. Единственным разумным объяснением была секретность встречи с Августом, который как будто находился в состоянии «ни мира, ни войны» со шведами. Но в таком случае стоило ждать, что скоро из Господина Великого Новгорода сюда пожалуют свежие русские полки — вместе с бутырцами и полкам Головина, которые сопровождали государя и сейчас либо тоже месят грязь на дороге, либо стали где-то поблизости лагерем. Ведь даже чисто юридически Пётр Алексеич находился на земле, принадлежащей шведской короне, и в условиях войны лучше бы ему ждать гостя посреди своего войска.
Если бы генерал Шлиппенбах знал, где и с каким малым эскортом находится сейчас Пётр, и где держит взаперти его собственного короля, то у русского государя возникли бы большие проблемы. Шведы хорошо умели делать быстрые переходы даже по распутице, обходя противника по флангам. Но Шлиппенбах такими данными не обладал, во всяком случае, пока. А между ним и Петром находилась отступающая от Нарвы и огрызающаяся огнём русская армия.
