— Слышь, Канада… — прервал его Иван, пристально глядя на Дэна. — А до вас не доводили про секретность?! Рус, вроде мужик нормальный, но мало ли кто узнает, что ты разболтал!
Сказать, что с каждым словом я все больше охреневал — это ничего не сказать! Первым, глядя на мою обалдевшую физиономию, не выдержал и заржал десантник, а следом и канадский егерь. Ещё пару секунд я тупил, глядя то на одного то на другого…. Да твою ж дивизию! Развели как дитя! Ещё и спеться успели!
— Ну вы г-гады!
Мое праведное возмущение вызвало лишь новый взрыв хохота и не удержавшись, я тоже присоединился к веселью
— Ладно, хорош уже! — Десантник утер выступившие от смеха слёзы. — Отбой по казарме! А то Сигизмудовна прибежит.
Уснул я, размышляя над тем, что возможно сама судьба меня сюда забросила. Ведь могло и в жерло вулкана забросить, или под воду в океан. Или вообще в космос! К инопланетянам, блин. И как я повелся?!
_______________________
[12] Песня «Для мира на земле». Автор Павел Пламенев.
Утро началось с медосмотра. Десантник еще спал, а канадец ускакал по каким-то своим делам, когда я только встал, как раздался стук в дверь. Зашел тот же медбрат что и вчера. Алекс, кажется. Проделав со мной путь до туалета и обратно, он сноровисто взял у меня анализ крови каким-то прибором похожим на авторучку. На мои расспросы о сроках моего больничного «заключения», Алекс ответил, что после завтрака ко мне зайдет доктор Стурлурссон и все объяснит.
На завтрак принесли чай из шиповника, хлеб и что-то вроде творога. В девять утра, как и было обещано зашла доктор.
— Смотрите прямо на светоид в моих очках. — указала она на дужку своих очков, в которых включилась и начала помаргивать LED-лампочка. — Так… Прекрасно!
Доктор отстранилась, помолчала, раздумывая о чем-то. И наконец спросила:
— А как сами себя чувствуете?
— Д-да вроде нормально. — Я непроизвольно пожал плечами. — Анализы сдал и п-позавтракал уже.
— Это хорошо…
Доктор выпрямилась, достала из кармана всё тот же прозрачный планшет, «полистала» и что-то напечатала.
Интересная штука — с моей стороны абсолютно прозрачный кусок пластика, а с другой, судя по всему картинка есть. В наше время таких еще не делали.
— Руслан, я бы хотела, провести более детальный ваш осмотр. Хочу кое в чем удостовериться. Процедура недолгая и безболезненная. Просто по предварительным результатам мне кажется, что есть большая вероятность вылечить ваше заикание. Оно ведь у вас не с детства?
Я, немного растерявшись, помотал головой.
— Ну вот и хорошо! — С этими словами доктор вышла из палаты.
А ведь я как-то уже смирился, что это у меня навсегда. Помнится, и наши медики энтузиазма не выказывали. Один из докторов тогда еще, после аварии, сказал, что у меня «психосоматическая травма», и вообще в какой-то момент может и само пройти. Можно конечно попробовать вылечить, но этот процесс долгий, потребует от меня упорства, и при этом не гарантирует результата. Короче, после услышанного отпало всякое желание лечиться. А в тогдашнем моем состоянии, я вообще начал наплевательски относиться к своему здоровью. Зачем и для кого мне за собой следить? А вот сейчас… теперь… получается мне уже не всё равно. Сейчас хочется нормально говорить с Риной, Александром, да и вообще со всеми.
Сразу после ухода доктора снова зашел медбрат. В этот раз он толкал перед собой блестящую хромом кресло-каталку.
— Это з-зачем? — спросил я. — Сам д-дойду!
— Так положено! — Алекс, посмотрел на меня взглядом, в котором явно читалось, как подобные пациенты его достали. — Давайте, давайте! С ветерком отвезу!
Цыкнув, я недовольно вздохнул и послушно пересел на кресло. До кабинета добрались быстро. Он оказался этажом ниже.
Процедурная просто резала глаз стерильностью. Большое светлое помещение. Блестящие зеркальной чистотой белые стены, потолок и даже пол. Точно по его центру на белом же постаменте расположили стеклянный контейнер. Сразу вспомнилась сказка про спящую царевну и хрустальный гроб. Только этот гроб точно был не из хрусталя. Я слегка постучал по нему кончиком ногтя. Похоже на прозрачный пластик. Мягкое ложе напоминало, белый матрас из кожи, наполненный каким-то гелем. В изголовье — небольшой экран, у которого сейчас стоял парень в белом комбезе, и с респиратором на лице.
Чуть дальше за пластиковой перегородкой стояла небольшая цилиндрическая прозрачная цистерна, накрытая матовой пленкой и высотой примерно мне по пояс. Внутри лениво пузырилось что-то очень густое и зеленное, по консистенции похожее на кисель, только очень мутный. В общем отвратная вещь с виду.
Медбрат заметил куда я смотрю.
— А-а, да! Порадовал ваш капитан нашего главврача! Почти тысяча литров бактина! — Он со значением поднял указательный палец. — Не знаю, как он добился, чтобы сюда, на рядовой дальний форпост, доставили её в таком количестве, но дело сделал хорошее. Многие ему спасибо скажут, это точно.
