Отдельно злило то, что сейчас, когда всё закончилось, когда его одолевали сомнения и душевные терзания, она не выглядела особо несчастной. Наоборот, махнув рукой на уничтоженное бельё и надевая платье на голое тело, она соблазнительно изгибалась и пыталась представить свою красоту в самом выгодном свете. И это работало! Ксинг чувствовал, как было успокоившееся тело наливается жаром, поэтому злился на себя ещё сильнее.
— Ну что, дорогой, — прощебетала Сифэн, — ты действительно был, словно дикий зверь!
— «Дорогой»? — с подозрением спросил Ксинг. — Больше не «учитель»?
— О да, учитель! — тут же поправилась она. — Ты научил меня очень многому! И научишь ещё большему!
— Научу?
— Ну конечно же! Теперь, после того что между нами было…
— Я принудил тебя! Заставил! И ты говоришь, что тебе понравилось?
— Ну, было немного больно, и горло… пару раз я подумала, что задохнусь, но… Эй, ты чего?
Ксинг вскочил с ложа и принялся быстро одеваться. Получается, все эти терзания зря? Все эти сожаления, муки совести, ощущение себя грязным бандитом, типа главаря банды, которого он встретил, только покинув Дуоцзя — всё это беспокоило только его самого.
Ксинг подошёл к окну и сквозь прозрачное стекло, сделанное им из того же песка, бросил взгляд на океан. Тихо шумел прибой, волны мерно бились о скалы, а свободный и не связанный никакими обязательствами ветер гнал по небу редкие облачка. Простор манил.
— Красиво! — сказала Сифэн, встав рядом и бесцеремонно ухватив его под руку. — Только мы найдём место ещё лучше. У моего рода много земли, так что выберем что-то в самом Могао. И дом построим попросторнее — тут места не больше, чем в хижине простолюдина. И надо, чтобы ты осмотрел новую лабораторию. Дом Симынь купил всё, что надо, но раньше у нас настоящего алхимика не было, так что могли что-то да и упустить.
— Стоп! — сказал Ксинг. — Какой дом, какая лаборатория?
— Ну дом! Вместо этой черепахи! Нет, черепаху мы тоже заберём, поставим, чтобы все могли видеть могущество дома Симынь. Но вывеску, конечно, выкинем — готовить самому тебе больше не надо, искусных поваров у нас хватает и так!
Последние сомнения, тяготившие сердце Ксинга, окончательно улетучились. Он посмотрел на Сифэн и улыбнулся — той широкой беззаботной улыбкой, которая возникает, когда проблема, мешающая спокойно жить, неожиданно исчезает.
— Пойдём, — сказал он. — Твои братья ждут.
Пятна ци, скопившиеся перед черепахой, до сих пор никуда не делись, лишь немного рассредоточились. Подкрепление к ним не прибыло, не примчался городской гарнизон и даже не появилась стража, вызванная, чтобы наказать преступника, надругавшегося над наследницей великого дома. Ксинг вышел рука об руку с Сифэн и окинул взглядом бывших противников. Те уже не валялись большой кучей на траве, они достали из-под навеса стулья и расселись за столиками, отличаясь от обычных посетителей ресторана лишь подранной одеждой и заплывшими синяками лицами. При виде Ксинга и Симынь Чен и Гуоджи вскочили на ноги. Они вопросительно взглянули на Сифэн и та ответила медленным утвердительным кивком.
«А то они сами не слышали, чем мы тут занимались полдня!» — фыркнул про себя Ксинг.
— А ты силён! — радостно осклабился Чен, подходя и хлопая Ксинга по плечу. — Не ожидал!
— Мой Ксинг — самый сильный! — самодовольно воскликнула Сифэн. — У него столько сил, что дом Симынь сможет возвыситься ещё больше, заполучить весь Могао!
— Да уж, — улыбнулся разбитыми губами Гуоджи. — Сначала я думал, что разговоры о черепахе и каком-то поваре преувеличены, но теперь ощутил всё на собственной шкуре!
— Эй, а вас не смущает, что я вас немножечко самую малость побил? — удивился Ксинг.
— Какие обиды могут быть между родственниками?
— Между родственниками — никаких! — ухмыльнулся Ксинг. — Отличная у вас сестра! Гибкая, словно дракон, яростная, словно тигрица! Буду когда-нибудь в ваших краях, обязательно навещу снова!
— Снова? — воскликнули все трое.
— Снова! — подтвердил Ксинг. — Ну а пока что — мне пора! Дом настоящего моряка — это океан! А я всегда мечтал быть моряком! Смотрите внимательно!
Он подошёл к панцирю черепахи, разгоняя энергию в даньтянях. Руки его засветились мягким белым светом, сияние стекло с ладоней и обхватило весь панцирь. Ксинг крякнул от усилия, присел и с силой поднял весь свой дом, переворачивая его и сбрасывая с обрыва в воду.
Он бросил быстрый взгляд на членов дома Симынь — те стояли, выпучив глаза глаза, не в силах поверить в увиденное.
Ксинг сделал пару быстрых шагов к Сифэн, совершенно неаристократично и по-простолюдински шлёпнул её по упругой заднице.
— Ты была просто великолепна, — весело сказал он, — твоему будущему мужу очень повезёт! Ну а мне пора! Когда-нибудь встретимся и обязательно повторим!
— Я поплыву с тобой! — опомнилась Сифэн. — Вместе! В закат!
— Ты поплывёшь домой! — захохотал Ксинг. — А я плыву один.
