Колдун молчал. Он лишь висел в воздухе, с презрением осматривая голого Ксинга, а тот в ответ рассматривал его. Первое впечатление оказалось бы неприятным, даже не знай Ксинг о том, что перед ним злодей и негодяй. Дурацкая объёмная шапка с кристаллом и торчащим пером, прищуренные глаза с тёмными кругами под ними, тонкие усики и крючковатая бородка. Колдун, очевидно, хотел казаться сильнее и внушительней — только для этого и могли быть нужны такие широкие наплечники с заострёнными концами. Более всего Ксинга интересовал жезл в руках мага, а также множество перстней, усеивающих его пальцы. Жезл, очевидно, — это оружие, а одно из колец могло оказаться пространственным! Первоначальный план «побить этого мага и выпытать о способе создания такого острова» тут же пополнился пунктом «отобрать кольца».
— Презренный червь, который не падает ниц при моём виде! — загрохотал голос чародея, и Ксинг скривился.
Кто угодно умел усиливать голос с помощью ци, орать-то так зачем?
— Я наблюдал за тобой и видел, что ты сделал! — продолжал маг.
Идея, что за их с Альмирах забавами кто-то наблюдает, вызвала лишь отвращение.
— И я даже благодарен тебе!
— Благодарен? За что? — не удержался Ксинг.
— Мой замысел! Мой великий замысел! — с готовностью, столь характерной для каждого злодея из кристалла, Шариф начал делиться своими планами. — Сколько сил мне пришлось потратить, для того, чтобы попасть ко двору морского царя! Сколько редких даров я преподнёс и сколько чар сотворил! Но я добился своего, сумев заполучить в свои руки её! Такую сильную и богато одаренную талантами, полную магии, жизни и здоровья!
— И что, трудно было? — спросил Ксинг, бросая косой взгляд на берег, где лежала одежда и, главное, оружие.
— О, несведущий глупец! Ценнейшие ингредиенты, которые не встретишь ни в одном уголке этого мира! Чары, о которых не мечтал даже ночной ветер! Я преуспел! Как думаешь, найти такой остров — простая ли задача? А поместить его в аалам мастур, создать чары, направляющие сихир в одну-единственную точку? О, несчастный, это не просто трудно, это невозможно! Невозможно для любого, кроме меня, величайшего из чародеев Ахрибада!
— Ну да, неплохо вышло, — согласился Ксинг, приготовившись кинуться за цепом.
— Неплохо? Всего лишь «неплохо»? О видело ли небо, видели ли звёзды такую бездну невежества? Ну что же, я и не ожидал, чтобы ты, варвар из Подлунной Империи, смог осознать всё величие моего свершения!
Ксинг, конечно, немного обиделся на «варвара», но препираться по этому поводу не стал. Он выпустил тонкие, почти незаметные потоки ци, протянул их к берегу и обернул вокруг цепа.
— А для чего всё это? — спросил он. — Нет, я понимаю, Альмирах прекрасна и желанна, но твоя затея провалилась. У вас родился не настоящий ребёнок, а какие-то маленькие чудища. И они едва не убили мать!
Услышав слова Ксинга, Шариф запрокинул голову и расхохотался. Ксинг не стал терять время, он потянул потоки, и привычная рукоять цепа легла в ладонь.
— Это было так смешно, что я почти что решил оставить тебя в живых. Почти. Ты, жалкое отродье пустынной гадюки, так ничего и не понял. Не печалься, мало кому удаётся понять величие моего замысла. Ребёнок? Великому чародею, живущему вечно, не нужны наследники! Мать и так должна была умереть! Сердцем моего замысла являлось создание могущественной армии! И я благодарен тебе, варвар из Империи! Я не чувствую в тебе силы, это значит, ты использовал мусавар. И когда ты отправишься к шайтанам, я обязательно его исследую.
— Мусавар? — искренне удивился Ксинг. — То есть артефакт?
— О, варвар, пытающийся притвориться невеждой, твои попытки тщетны! Даже полный глупец мог бы догадаться, чем является браслет на твоей руке! Ты мне сильно помог, поэтому я тебя одарю!
— Помог? Я? — удивление Ксинга сменилось полным изумлением.
— Ха-ха-ха-ха! Ты настолько невежественен, что даже не понял, что именно сделал твой мусавар! Все мои расчёты показывали, что родов придётся ждать ещё долго, как минимум три года! Но ты, из-за собственной ограниченности неспособный понять, что за сокровище попало тебе в руки, истратил его, чтобы быстрее исполнить мой план! Ты сказал «ребёнок»? Нет! Тысячи, сотни тысяч, миллионы моих детей! Моё великое и могучее воинство, сильнейшее не только в морях и океанах, но и способное, благодаря чарам, наложенным на мать, выходить на сушу! Моя совершенная армия, не подчиняющаяся никому, кроме своего создателя!
Ксинг удивлённо выпучил глаза. Получается, занимаясь с Альмирах двойной культивацией, он действительно помог этому негодяю!
— О, я вижу, ты всё осознал! — захохотал Шариф. — Ну что же, пришёл черёд обещанной награды!
— И что ты мне подаришь? — спросил Ксинг.
— Я подарю быструю и безболезненную смерть не только тебе, но и русалке!
