«Каменный летающий лев! Даже лучше той птицы!» — мысленно восхитился Ксинг, тут же представивший, как мчится на таком под облаками и сражается с Шарифом. Хотя нет, Шарифа он побьёт и так, так что лучше с негодяем-учителем, прямо на глазах Императора и всех жителей Столицы!
Он придал своему лицу одновременно ошарашенное и восхищённое выражение, и для этого не пришлось даже особо притворяться.
— Так я это… урожай риса обмолачивал, — показал он кончик верного цепа, — а тут налетел вихрь! Я в дом побёг, а его вихрем, бух, и прочь утащило! Затем дом об камень бах, а меня в песок! И пёсик! Куда-то делся мой милый пёсик! Так что, я больше не в Империи?
— Ты в Ахрибаде — городе Владык! — прорычал второй лев. — Чужакам сюда ходу нет!
— Но мне очень-очень надо! — сказал Ксинг, делая шаг вперёд.
Львы припали на лапы и тихо зарычали. Ксинг сосредоточился, пытаясь ощутить внутри львов потоки энергии. Ци, текущая в их телах, была похожа на энергию в марионетках Шарифа. Но если с теми он расправился запросто, ведь не приходилось задумываться о последствиях, то идея размолотить цепом стражей города, в котором хочешь остаться надолго, показалась не самой лучшей.
— Уходи, незнакомец! — взрычал лев. — Тебе здесь не место!
— Но вокруг страшно, пустыня, бури и молнии! — притворно задрожал Ксинг, чувствуя себя довольно глупо, ведь свои и так невеликие актёрские способности приходилось демонстрировать не людям, а глупым марионеткам.
— Уходи, незнакомец! — зарычал второй лев.
Ксинг вздохнул. Следовало бы, конечно, перебраться через стену, но он не знал всех свойств барьера над городом, а значит, не мог сказать, удастся ли проскользнуть незамеченным или же поднимется всеобщая тревога. Впрочем, этот вариант он отбрасывать не стал, просто отложил на потом. А пока Ксинг потянулся ци ко львам, нащупывая энергию в укрытых под слоем камня кристаллах и затем резко потащил её к себе.
Глаза львов немного потускнели, движения замедлились, а потом стражи и вовсе застыли безжизненными статуями. Он пожал плечами, протиснулся между раскинутыми крыльями и спокойно вошёл в ворота. Ксинг, планировавший заполучить себе такого льва, немного расстроился — маги, похоже, слишком экономили на материалах и чарах, чтобы создать что-то достаточно крепкое, на чём можно было бы летать и оно не развалилось бы от случайного порыва ветра.
Он прошёл сквозь длинную каменную привратную арку, так напоминающую узкую пещеру, и резко остановился.
— Вот это да! — вырвалось у него помимо воли.
Рот опять приоткрылся будто сам собой. Ксинг осознавал, что стоит с видом глупого крестьянина, первый раз приехавшего в столицу, но ничего не мог с собой поделать. Ахрибад, казавшийся снаружи таким мрачным, внутри оказался очень светлым и нарядным, тут было полно высоких зданий и зелёных деревьев. Несмотря на пустоту снаружи, внутри сновали толпы людей.
Не приближаясь к воротам, словно тут их ждал яд или проклятие, жители ходили по прилегающей к площади улице, что-то несли или катили в тележках, орали друг на друга, пытались что-то продать, купить или украсть. Ксинга, попытавшегося влиться в эту пёструю толпу, толкнули, наступили на ногу, два раза попытались обворовать, предложили купить овец, драгоценности, самую точную карту знаменитого клада Магра, спелых фиников, чистой воды, «чародейских амулетов, совсем как настоящих» и какую-то печать, предназначения которой он так и не понял.
Раздался громкий звук, похожий на гонг, и шум мгновенно стих. Толпа застыла и спешно расступилась, пропуская пятёрку стражников, восседающих на оживших статуях, выглядящих, как двуногие бескрылые птицы с женскими лицами.
— Враги подобрались к Ахрибаду!
— Сторожевой камень разрушен!
— Кто-то из них проник в город!
Ксинг ещё сильнее скрыл ци и двинулся к толпе, решив с ней смешаться. Увы, ничего не вышло — белые одеяния бадави, пусть и припорошенные пылью путешествия, выделяли его среди остальных, словно золотую монетку в кошеле, полном меди. Толпа при его приближении расступилась, так что он сам пожал плечами и направился вперёд к стражникам.
— Стой! — закричал командир на самой большой статуе. — Ты кто такой, что ты тут делаешь?
— Меня зовут Касим! — ответил Ксинг. — И я не знаю, где это «здесь»!
— У тебя лицо чужеземца! — обвиняюще ткнул в него копьём один из подручных. — Это ты разрушил камень?
— Камень? — удивился Ксинг, не понимая, о чём речь. — Чужеземца? Для меня чужеземцы — это все вы.
— Как ты сюда попал, чужак? — грозно спросил командир. — Кто ты?
— Я — простой парень из деревни, — ответил Ксинг, опять демонстрируя цеп. — А попал… Я не знаю! Сначала я был дома, а потом р-раз, появился этот чародей, и я оказался здесь.
— Чародей? Следуй за нами, чужеземец, — приказал командир. — С таким должны разбираться Владыки!
Ксинг пожал плечами и направился за командиром, два всадника окружили его по бокам, а ещё двое замкнули процессию, наставив копья ему в спину.
