21 июня 1547 года пожар превратил Москву в угли, вызвав бунт. Толпа хлынула в село Воробьёво, где 17-летний царь пережидал пожар. Отстранив людей, вперёд выступил протопоп Сильвестр. Он осудил недостойное поведение юного государя: государь должен понимать это народное бедствие, как наказание за его царёвы грехи. Сильвестр потряс душу юного Иоанна IV, и тот целиком подпал под его влияние. Он оставил Сильвестра возле себя, и протопоп постепенно, исподволь взялся руководить действиями Иоанна IV. Он внушает самодержцу мысль о том, что тот должен посвятить себя заботам о народе. Очень быстро Сильвестр завоёвывает исключительное положение при самодержце. Протопоп руководит и мирскими, и церковными делами и, по выражению летописи, был "якоже (как. Ю.В.) царь и святитель"; ему повиновались все, и он "всё мог".
Со временем Сильвестр становится идейным руководителем росписей Кремля. По своим взглядам он являлся нестяжателем. Он любовно собирал рукописные книги и иконы.
Через Сильвестра в доверие к самодержцу вошёл Алексей Адашев, а с ними образовался целый круг приближённых к царю людей: князья Курлятев, Курбский, Воротынский, Одоевский, Серебряный, Горбатый-Шуйский, а также бояре Шереметевы и др. Люди эти образовали своего рода совет или, как его назвал Курбский, "Избранную раду". Не имея официального утверждения, этот совет ("рада") 13 лет управлял государством от имени царя, который и сам не принимал решений без обсуждения на "раде".
Это воистину золотое время , а уж в царствование Ивана (Иоанна) IV несомненно. Но к 30 годам в сознании и душе самодержца стал пробуждаться другой человек, который получит в народе прозванье Грозного, а правильнее бы Губителя,* как нарёк его русский историк XIX столетия Иван Забелин**. Но не везде вина просматривается лишь за царём. Как пишет другой видный историк Сергей Платонов, "по-видимому княжата (члены "рады". - Ю.В.) и Сильвестр действительно желали соправительствовать с государем и ограничить его личную власть боярско-княжеским советом, "радою". Когда московский государь не подчинялся их внушениям и поступал по-своему, они... осуждали его"***.
* В отроческие лета будущий царь Иоанн IV уже отталкивал жестокостью. В играх он мучил и увечил не токмо животных, но и людей. В нём всё прочней прорастали двуличие и притворство. Лишь одного доброго друга он имел: митрополита Макария. Митрополит, однако, был бессилен пресечь созревание в царе-отроке бесовского злохитрия; августейший отрок оставался падким на дурные забавы и удовольствия. Уже в 16 лет Иоанн IV потребует женитьбы и в дальнейшем проявит себя вельми развратным и похотливым. Это он додумается заставлять нагих девок ловить кур в тесном дворике.
** Иван Егорович Забелин (1820-1908) - русский историк и археолог, академик, один из основателей Исторического музея в Москве. Знаток истории быта русского народа. В молодые лета пребывал под воздействием либеральных идей, но затем прочно становится на родную, русскую почву.
Иван Грозный был умным, образованным и волевым человеком, после тридцати быстро превращающимся в кровавого, развратного самодура, подлинного Ивана Губителя.
*** Платонов С. Ф. Учебник русской истории для средней школы. - Прага: Пламя, 1924. С. 147,146.
Сергей Фёдорович Платонов (1860-1933) - русский историк, академик, читал лекции в Петербуржском университете. Предметом его изучения являлись события второй половины ХVI-го и начала ХVII-х столетий, особенно смутного времени. Он дал своё понимание опричнины как государственной реформы, направленной на разгром хозяйственной и политической мощи "княжат" и боярства в интересах посада (городского населения) и дворянства. Однако он всё больше и больше склонялся к тому, что опричнина нанесла урон прежде всего простому люду, обескровив Русь.
Платонова выделяет чистый, сжатый русский язык.
При разгроме Академии наук Сталиным Платонов оказался сослан в Самару, где вскоре и скончался. В то же время был сослан в Среднюю Азию другой виднейший историк - член-корреспондент Академии наук Евгений Викторович Тарле.
В частности, многие из них, вопреки воле опасно захворавшего царя, отказались присягать его малолетнему сыну-младенцу, требуя присяги для двоюродного брата царя князя Владимира Андреевича Старицкого. Самодержец заподозрил "раду" и боярство в желании подмять его под себя, урезав власть. С тех дней и завязывается та лютая борьба царя с боярством, что повлечёт разорение русской земли и безобразный правёж опричнины. Разорение настолько обеднит Россию - неоткуда будет даже набирать войско и нечем заполнять казну. Этот раззор и породит смуту конца ХVI-го и начала ХVII-х столетий. Как показали исследования академика Степана Веселовского (1876-1952), великого знатока архивного материала и человека по образу мысли истинно русского, опричнина пуще ударила по простому люду, нежели боярству.
