Право на труд в советском государстве превратилось в право государства на принудительный труд каждого. Это было верно, потому что, кто не работает, тот не ест, но принуждение превращало жизнь в бесправие. Здесь возникло противоречие, узел, который следовало умело развязать. Никто и не подумал этим заняться. Всё возлагалось на принуждение.
Цензура (по суровости далее близко не сравнимая с царской) могильной плитой навалилась на плечи народа и русского искусства.
Доносчики и прихлебатели густо пошли в гору, дополняя, а после и замещая бездушную, карательную власть новых иноплеменных распорядителей России. Это в конце концов и переродило коммунистическую власть (и веру) в собрание недалёких и бессильных людей, мечтающих лишь о сохранении теплого местечка и дачи с персональной машиной. Выше всего было сохранение теплого местечка (карьера) - убеждения рядом с этим уже ничего не значили.
Торжествовала бюрократическая машина, её интересы и порядки, прикрываемые парсунами вождей Октября.
Что ж она такое ленинская коммунистическая партия?
Она клянётся в верности не Родине, а земному интернациональному братству разрушителей национальных Отечеств, служит не Родине, а идеологии. Это же извращение сути, основ государства. Она всегда готова повести войну против народа, что и доказала в первую мировую войну, когда она действовала плечом к плечу с кайзеровской армией, ибо поражение Родины открывало партии власть над народом.
Бойцы революции в окопах, как и бойцы революции в учёных залах, всегда заявляют одно: для них нет и не может быть отечества без их власти. Вот так: или мы, или нет Родины.
Разгром национальной России - задача этой партии, как партии сугубо марксистской. Именно поэтому Ленин взял и отдал туркам Карс, который входил в состав Российской империи. Отчего ж не отдать? Он же был интернационалистом (скажите, Карс был завоёван у турок? Так турки сейчас под разными предлогами требуют назад уже Крым и прочие земли).
Этак начать искать хозяев каждого города в России - и России не останется, по что Ленину до сего, коли он убежденный интернационалист. Раскромсать Россию на республики, автономные области и национальные округа, и пусть все выходят из её состава, поскольку провозглашается самоопределение. А Карс там и, возможно, другие города - так отдать немедленно...
Ведь грядёт всеобщая революция, всеобщее братство - так всё и бросить под ноги революции. А Россия? Так она всего "этап"...
Наш паровоз, вперёд лети!
В коммуне остановка...
Иосиф Виссарионович Сталин, напротив, был неутомимым строителем Русского государства, однако при этом людей не щадил. Уничтожение их нередко переходило в открытое изуверство: например, убийство посла СССР в Китае И. Т. Бовкун-Луганца вместе с женой. По приказу Сталина они были забиты... молотками в том классном вагоне, в котором якобы ехали на отдых в начале июля 1939 года. Смерть их выдали за несчастный случай в автомобильной катастрофе (потому и забили молотками) и торжественно погребли. Сталин был изобретателен*.
* Столяров К Палачи и жертвы. - М: Олма-Пресс, 1997. С. 268-271,306.
Ну как это назвать? По-прежнему доказывать, будто время было такое?
Оно, действительно, было такое. Жестокостью и кровью заменили закон и человечность. Вогнали раскалённые кусочки свинца в головы и сердца миллионов людей - и назвали это строительством новой жизни.
В чём была вина посла? Не угодил чем-то вождю?..
Случаи подобного живодёрства можно приводить сотнями и тысячами. Вождь очень часто сам назначал вид смерти неугодного лица или набор пыток, которым его следовало подвергнуть. Порой представляется, что кровожадность составляла одну из первых важнейших черт его натуры. И в общем, это не будет предубеждением.
И о некоторых исполнителях его воли.
"Последним на скамье подсудимых сидел Надария. В бытность комендантом тбилисской тюрьмы он, насколько я знаю, установил никем не превзойдённый рекорд, расстреливая за ночь до пятисот жертв, тогда как его московский собрат с Лубянки Блохин за сутки еле-еле справлялся с двумя сотнями обречённых. Метод у них был совершенно одинаковый - пуля в затылок"*.
* Столяров К С. 268-271, 306.
При выстреле в голову кровь бьёт под напором, настоящим фонтанчиком. Мне рассказывали фронтовики.
Если предположить, что из каждого убитого Надарией пролился литр крови (а в действительности - больше), то следует, что в одну ночь в канализационную сеть утекало полтонны крови...
Полтонны горячей, живой крови...
Государство всеобщего благоденствия Сталин возводил на преступлениях, крови и слезах.
Однако иного хода история после убийства Николая II и слома всего тысячелетнего уклада жизни России иметь не могла. Кровавая мука для народа становилась неизбежной.
Люди сами поддались и вступили на тот путь, где вождём мог быть только Сталин, и он один, и даже не Ленин, - подобные возможности марксистское учение таило в своих недрах, ибо насилие и кровь являлись опорным средством строительства нового государства.
Время...
Оно одно не поддаётся разрушению. Оно вечно и неизменно...
