Ситуация с Шимерзаевым оказалась не лучше. Поэтому девушка купила в киоске, в пятницу после работы, четыре бутылки безумно дорогого пива «Miller», пару упаковок чипсов и пригласила для разруливания ситуации свою подругу Ирку Гоголеву, бывшую на семь лет ее старше и более умудренной опытом.
Ирка отличалась от Людочки не только семью годами старшинства. Она была выше на семь сантиметров и, главное, породистей. Черные как смоль волосы, красивое лицо с роскошными ресницами, резко очерченный сексуальный рот, про который председатель профкома, бывший преподаватель марксизма-ленинизма, Алтынбаев сказал: «С таким ртом только устрицов кушать!» Это ей польстило, хоть и осталось для нее непонятным. У Ирки также были длинные худощавые пальцы рук и ног и тренированное юношеским баскетболом тело.
В отличие от Людочки, подруга уже два раза побывала замужем. Первый муж оказался алкоголиком, второй – мелким бесталанным бандитом, и оба сгинули в круговерти середины девяностых. Один загнулся от цирроза печени, другого пристрелила бабка-вохровка во время наглой кражи цветного металла. Но второй успел подарить Ирке двойню – совершенно безбашенных малышей, которых с трех лет она иначе как «башибузуками» и «хунхузами бесштанными» не называла.
Единственное сходство с Людочкой она имела по основной профессии: мыла две с половиной пятиэтажки, два этажа Института истории и плюс холл Института археологии. Поэтому почти всегда, и зимой, и летом, Ирка ходила черт-те с чем на голове, в штанах, резиновых сапогах и мужской одежде, а маникюр не делала, потому что частая смена резиновых перчаток обошлась бы дороже.
В отличие от Людочки, Ирка до смерти любила пиво.
А еще была немного волшебницей.
Сейчас они сидели в святая святых института. Только тут двух уборщиц не мог потревожить никто: в комнате, где под стеклянным саркофагом темнели бурые, источенные временем кости неведомой принцессы Укок. Мумия лежала под стеклом на боку, в позе, похожей на позу зародыша. Странно, но при первом взгляде на эти кости, извлеченные из далекого алтайского могильника, Людочка не испытала общепринятого ужаса перед покойниками. Она только отметила с удивлением, что у мумии был очень высокий лоб и глубоко вросшая в него носовая кость, переносица отмечалась выпуклым костяным шариком, а кости ступней были непропорционально большими. Людочка посмотрела на свои босые ноги – она как раз мыла коридор – и поняла, что сходство почти абсолютное. Это даже развеселило ее. С тех пор Мумиешка, как называли ее в институте, когда рядом не было Шимерзаева, стала доброй подругой девушки. Убирая в кабинете, Людочка разговаривала с Мумиешкой, не забывая неизменно справляться о ее самочувствии. Единственным человеком, который это знал и понимал, оставалась все та же Ирка.
– Но я же все по Симорону делала! – покаянно призналась Людочка. – Вот говорили же: надо, мол, плыть по течению. Я течение на полу сделала. А еще про половую гармонию… ГАРМОНЬ-и-Я. Попрошу у Федоровича из семнадцатой аккордеон…
– …и запрешься с ним в комнате! – ехидно подсказала подруга. – Эх, ты! Симорон-ритуалы надо делать открыто и явно, как голосование в Советском Союзе. Для людей. Тогда они сработают. Ты не вздумай аккордеон брать. На неделе возьмем отгул, и я… и мы с тобой проведем Волшебство на Половую Гармонию.
– Где?
– А там, где можно плыть по течению… на Оби! – Ирка сверкнула глазами. – Подготовку я на себя беру. Но главное не в этом. Тебе надо стать другой.
– Да какой-такой?
– Не понимаешь? – возмутилась Ирка, сидя спиной к саркофагу на офисном стуле, повернутом спинкой вперед. – Тебе надо просто сделаться Принцессой… Ну, предположим, потомком королей Непала.
– Кого?
– Непала. Ой, Людка, вроде женщина образованная, не то что я, чучундра, с моим профтехучилищем… а тормозишь, как танк на поворотах! Аж башню срывает. Смотрела «Поездка в Америку» с Эдди Мерфи?
– А… ну да!
– Помнишь, что там делают перед особами королевской крови?
– Не-а…
– Лепестки роз рассыпают, вот что!
– А где мы розы найдем?! Столько?
– Найдем, не боись… Было бы подо что рассыпать! И еще: ты не так все делала.
– Но я же по-честному… по-симороновски…
– Значит, не так. Сказано: каждому, блин, по вере его. Вот и получила блин комом. Значит, смотри, я тебе один ритуал сделаю. Клевый. Стопудовый.
– Ну, давай…
