В Бонне Кеворков обо всем договорился. Андропов представил в ЦК 9 февраля 1974 года детальный план действий, согласно которому 11 февраля против Солженицына будет возбуждено уголовное дело, а 12 февраля будет принят указ о лишении гражданства и выдворении. В тот же день он будет задержан и доставлен в Лефортово. А на следующий день 13 февраля рейсовым самолетом, вылетающим во Франкфурт-на-Майне, Солженицына отправят в ФРГ. Политбюро согласилось с предлагаемым планом.
И после высылки Солженицына из СССР Андропов не знал покоя. Писатель продолжал печатать на Западе следующие главы «Архипелага ГУЛАГ». А вдогонку изгнаннику адресовались фельетоны с проклятиями. Андропов лично принимал и инструктировал Николая Яковлева — автора публикации фельетона «Без царя в голове»[996]. Подготовленный фельетон просмотрел секретарь ЦК КПСС Борис Пономарев, снял один абзац и посоветовал опубликовать материал не в «Крокодиле», а в «Литературной газете». Там это было вполне по профилю. Андропов не возражал.
Кое-что роднило Николая Яковлева с Виктором Луи. Оба сидели при Сталине, оба за связь с иностранцами и обвинялись в шпионаже соответственно. Николаю Яковлеву довелось сидеть недолго. Он, в то время редактор редакции вещания на Англию Радиокомитета, с высшим образованием, член партии с 1947 года, был задержан 15 декабря 1952 года, когда пытался пройти в американское посольство[997]. Его не успели осудить, и в 1953 году он вышел на свободу. Занялся историей, защитил докторскую диссертацию, но при этом нажил немало недругов. В 1968 году по протекции Дмитрия Устинова, хорошо знавшего отца Яковлева, состоялось знакомство Николая Яковлева с Андроповым. Вскоре Яковлева пригласил на разговор и Филипп Бобков. С этого времени визиты Яковлева на Лубянку стали постоянными[998]. Встречаясь с Яковлевым, Андропов много говорил об идеологии. Андропов умел подобрать нужных людей для исполнения деликатных литературных поручений. А еще важно было то, что Яковлев находился в непримиримом конфликте с многолетним сотрудником Андропова — Георгием Арбатовым[999].
Яковлев прижился в компании Андропова и Бобкова, его даже допустили до оперативной библиотеки КГБ[1000]. Яковлев взялся сочинять книгу «ЦРУ против СССР», первое издание которой появилось в 1980 году. А в следующем издании 1983 года книга была дополнена главой о Сахарове, в которой выливались помои на академика и его жену. Эти страницы книги «порядочные люди сочли просто гнусными»[1001]. Задание на подготовку расширенного нового издания с включением в него главы о Сахарове поступило от Андропова[1002]. И Андропов не ошибся в выборе литературного поденщика для Лубянки. Тот справился.
Как и в истории с Солженицыным, у долгого и методичного преследования Сахарова со стороны КГБ тоже была своя предыстория. В условиях обязательной для всех идеологии и насаждаемого единомыслия свободно сказанное слово — уже преступление.
