К дому Полины они подъехали не сразу. Мария вначале позвонила своим ребятам, узнала, кто дежурит из них у дома, и есть ли новости. Новостей не было, все кто заходил или выходил, подъезжал или выезжал, все жили в этом дворе. Девчонки вышли из салона, на Полине темные очки и Машина шляпа. Вошли в подъезд, поднялись на этаж.
Ключа тоже не было.
Полина позвонила соседям. Открыла пожилая Ксения Владимировна.
- Ой, батюшки! Полин, ты откуда. Тебя не узнать совсем.
- Ксения Владимировна, я ключ потеряла, можно через ваш балкон на свой пролезть?
- Да конечно можно, а он у тебя открыт, что ли?
- Там форточка открыта, я в нее.
- Ну, иди, не упади только. Запасные ключи-то есть дома?
- Есть, есть.
Полина с Машей прошли на балкон соседки.
- Да уж. - Оценила Маша. - Значит так! Я полезу, открою тебе изнутри уже. Ты жди меня у двери квартиры.
- Маш, ты не влезешь в форточку.
- Влезу. В крайнем случае, стекло разобью. Потом вставим. Но ты не полезешь в платье, смотри расстояние большое, можешь сорваться.
- Блин, а ты не можешь? - Полина возмутилась.
Маша только улыбнулась.
- Я нет. Я уже залезала на балкон однажды. Практика.
- А ты слышала Поль, что произошло то? Самолет упал. - Ксения Владимировна пришла с кухни с заварочным чайником.
- Слышала, конечно, - вздохнула Полина и подумала, как хорошо, что Ксения Владимировна, не смотрела внимательно списки погибших, если вообще смотрела.
- Что творится, что творится, - заохала Ксения Владимировна, - Все из строя выходит, ничего в порядок в России не приведут, все финансирования нет, а другим странам вон отправляют для развития.
Полина услышала звон стекла, это Маша локтем стукнула по стеклу и открыла балконную дверь в комнату Полины.
- Извините! Спасибо вам! - Полина поблагодарила соседку и вышла на площадку. Через минуту ей Маша открыла входную дверь.
- Ты не поранилась? - спросила Полина.
- Нет. Порвала рукав немного, - улыбнулась Маша, и добавила, - Кожаный, между прочим.
Полина зашла в квартиру, закрыла дверь и обняла Машу за шею, поцеловала.
- Неужели я дома. - Полина стряхивала пыль с мебели. - Поставь чайник, и надо половина продуктов выкинуть. Плесенью, наверное, покрылось.
- Ты тут надолго собралась задерживаться?
Полина посмотрела на Машу:
- Нет. Но вещи соберу, документы какие еще остались. И знаешь, я устала скрываться.
- Ты не скрываешься, и это лишь временно. Пока не выясним, что тебе ничего более не угрожает.
- Надо стекло вставить.
- Сегодня пришлю сюда кого-нибудь. Вечером я на работу и привезу наших механиков, у них руки золотые, если они в машине стекла меняют, то тут не так будет сложно.
- Ну, хорошо! Что там с чаем, Маш?
Полина перебирала вещи, что-то вытаскивала со шкафа и укладывала в чемодан.
- Сейчас свежий заварю.
Через полчаса они сидели в комнате Полины, пили чай с бутербродами из неиспорченных продуктов.
Мусорный пакет стоял уже у входной двери, чемодан на столе.
- Ну, может, уже начнешь рассказывать свою историю, малыш? - попросила Маша.
- Ты уверена, что хочешь все слышать? - Полина наблюдала за Машей. Красивая, уверенная, спокойная, может иногда безбашенная, но это Маша. Ее Маша.
"Как же мне повезло, что она вошла в мою жизнь" - думала Полина.
- Да. На все сто. - Маша смотрела в безоблачные глаза Полины. Сейчас они серые с бирюзовым оттенком, и такие прозрачные, что можно увидеть в них все как в зеркале.
- Ну, хорошо! Тогда смотри и слушай! - Полина достала один документ из папки и подала Маше.
Маша взяла желто-розовую плотную бумагу формата А4 и ужаснулась.
Даже без рассказа сразу стало понятно, что же могло произойти.
8
- Когда я была еще маленькой, мой отец с партнерами создали бизнес. Это было первое перестроечное время, действовали кооперативы и недвижимость процветала. Большой пакет акций был у моего отца. Четыре года назад он умер от сердечного приступа, врачи сообщили про инфаркт, но на самом деле его друг подозревал, что ему вместо таблетки от головы дали сердечный препарат от которого нарушился сердечный ритм, и наступила смерть.
- Почему это так решили? - спросила Маша.
- Потому что у отца была помощница. И после смерти она исчезла, уехала по семейным обстоятельствам куда-то в Белоруссию, к родственникам. А в ящике ее стола после разборки бумаг и вещей нашли два одинаковых пузырька с лекарством, но они не были одинаковыми. Дядя Миша, еще с детства друг отца, отдавал лекарство с пузырьков на экспертизу. В одном действительно было обезболивающее Трамал. В другой упаковке был сердечный препарат, урежающее ритм сердца. Большая доза, или если принять при нормальном ритме этот препарат, может остановить сердце.
- Трамал тоже может. - Маша внимательно смотрела на Полину.
Полина помолчала, потом сказала:
