Центральным контрольным органом партии по уставу является Центральная контрольно-ревизионная комиссия КПРФ – ЦКРК. Её возглавляет Владимир Степанович Никитин.
Каким же должен быть человек, которому доверяют такой комиссией руководить? Думаю, понятно: спрашивая с других, лично обязан вести себя безупречно. Иначе всем твоим требованиям – грош цена.
Видя нынешнего Председателя ЦКРК в различных ситуациях, не раз убеждался, что он постоянно помнит о высоком своем призвании. А особенно проявилось это в труднейшие дни борьбы с так называемой семигинщиной и семигинцами, когда в полном смысле решалась судьба партии.
Председатель ЦКРК при всех наиболее острых столкновениях не формы ради был тогда рядом с Председателем Центрального Комитета. Его даже могли обвинить (и обвиняли!) в несамостоятельности, в том, что «идет на поводу», искали разные другие струнки, дабы, сыграв на них, перетащить к себе этого упрямого человека или по крайней мере вывести его из строя. Но Владимир Степанович хорошему своему упрямству не изменил. Потому что ясно ему было: нападки на Зюганова главной-то своей целью имеют разрушение партии либо абсолютное изменение ее характера, ее лица, чего он не просто по должности, а и по самым глубинным своим убеждениям допустить не мог. Вспоминаю бушующий зал, где собрался пленум Московского горкома. Все фракционеры явились сюда, поскольку все понимают: от позиции столичного партийного отделения очень многое зависит в преддверии X съезда КПРФ. Зал кипит, через край перехлестывают страсти. А этот коренастый, плотный, сосредоточенный человек, находящийся в самом центре страстей, кажется совершенно невозмутимым. Шквал эмоций, окатывая его со всех сторон, будто разбивается об эту невозмутимую уверенность и надежность.
Ощущение надежности – самое основное, пожалуй, что несет он в себе. Кардинально испытанный на излом, остается твердым и верным родной партии.
А еще Владимир Степанович замечательно поет. Когда собираются товарищи – бывает это и на демонстрациях, и после пленума или партийного собрания, именно он, Никитин, становится нередко первым запевалой:
Это – его любимая. Вслед за ним подхватывают друзья, и песня еще крепче всех объединяет.
Недавно узнал, что он пишет стихи. И вот, в канун Первомая – праздника нашей борьбы и солидарности, прозвучали с первой страницы «Правды» строки его «Набата»:
Он не только зовет вперед – сам сражается в первых рядах без страха и сомнения. Говорит: «Мой девиз – служение, а не властвование».
Обращаясь к Владимиру Степановичу, я попросил прежде всего рассказать о той острейшей ситуации, которая складывалась в партии перед X съездом.
– Каким образом Семигин пытался склонить вас к себе?
– Убеждал, что я лучший первый секретарь регионального комитета партии – Псковского, поэтому могу занять достойное место в теневом правительстве, которое он создает.
– Вы согласны, что роль Председателя ЦКРК оказалась тогда чрезвычайно важной?
– Надо говорить о роли Центральной контрольно-ревизионной комиссии в целом. У нас предателей не было. За исключением одного Габидулина из Башкирии. Все остальные проявили себя так, как надо.
Не менее важно отметить следующее. В тяжелый для партии момент подтвердилось, что совершенно правильно ЦКРК была создана как самостоятельный орган, избираемый на партийном съезде. Ведь раньше было иначе – Комитет партийного контроля при ЦК КПСС, а теперь учли ошибки того времени.
– Как практически это сказалось?
