Я уже упоминал о "вертушках". Для подвоза горючего и смазочных материалов, по согласованию со штабом фронта и управлением ВОСО, на станциях Вжесня и Гнезно были сформированы три железнодорожных "вертушки", состоявших из паровоза и 10-15 цистерн на платформах. Курсировали они от западного берега Вислы да станции Вжесня. Здесь армейский автотранспорт принимал горючее из цистерн в трофейные бочки. Плечо подвоза таким образом сокращалось до 120-150 километров.
Хочется еще раз добрым словом вспомнить начальника отдела снабжения горючим майора-инженера М. Г. Слинько. Чем труднее складывалась обстановка, тем больше изобретательности проявлял этот офицер. В условиях большого отрыва от баз снабжения, отсутствия фронтовых эксплуатационных органов на железных дорогах чужой страны и отдела военного снабжения при штабе танковой армии мы порой были не в состоянии оперативно и быстро подвозить горючее и смазочные материалы по железной дороге.
Тогда-то в штабе тыла родилась идея о создании "вертушки". М. Г. Слинько и Ф. Я. Полищук взялись воплотить ее в жизнь. В течение двух дней были найдены машинисты паровозов, их помощники, другие специалисты. Из них мы составили бригады, создали команды охраны и сопровождения "вертушек" во главе с офицером.
Аналогичные две "вертушки", но уже состоявшие из крытых вагонов, мы создали и на станции Гнезно (формировал их и контролировал сроки обращения между станциями Гнезно и Костшин капитан Полищук). Предназначались они для срочного вывоза из захваченной в Гнезно продовольственной базы противника необходимого армии продовольствия.
По каким-то срочным делам я тогда оказался в штабе армии. Лицом к лицу столкнулся с начальником продовольственного отдела полковником Михаилом Трофимовичем Долговым. С воспаленными от недосыпания глазами он еле стоял на ногах.
- Слышал, трофеи никак не можете пересчитать? - стараясь подбодрить товарища, с улыбкой спросил я.
- Товарищ генерал, - ответил он, - в Гнезно захвачено много риса, макарон, сыра и сахара, есть и мука, вино, шоколад. Все это мы строго учли и заактировали.
- А что в Кутно?
- Там большой запас муки. Я решил разместить в Кутно хлебозавод.
Хочется подчеркнуть, что полковника Долгова отличала высочайшая организация, самодисциплина. Он был строг до предела, когда речь шла о заботе о людях, об отношении к снабжению их продуктами питания. Не терпел приблизительности в подсчетах. Я его так и запомнил всегда что-то подсчитывающим в своей распухшей от цифр записной книжке.
Помнится, еще под Курском мы решили организовать курсы подготовки поваров. Ответственным за это был назначен Долгов. Умело, основательно поставил он дело. Отобранные на курсы из частей и подразделений бойцы осваивали поварскую науку во время оперативных пауз. Около 2 тысяч поваров мы сумели подготовить таким образом. Более 500 человек повысили свою квалификацию, а 100 бойцов были выучены на хлебопеков. Нас проверяла комиссия штаба тыла фронта. Она высоко оценила эту инициативу, рекомендовала перенять опыт другим объединениям.
Пусть читатель не думает, что все обстояло так легко и просто. Случались и перебои с питанием. Посудите сами: танковые части нередко уходили в отрыв. В сутки они преодолевали до 30-40 километров. Иногда горячая пища поступала только раз в день. Но был факт, когда в один из батальонов 11-го гвардейского танкового корпуса не прибыли походные кухни. В батальоне находился наш работник майор Цыбульский. Он поступил, как и подобает работнику штаба тыла. Никто не мог узнать, как ему в той сложной ситуации удалось раздобыть две походные кухни и сытно накормить танкистов. Конечно же, сказалась отличная профессиональная подготовка офицера, умение быстро и правильно реагировать на сложившуюся острую обстановку.
Должен сказать, что мне ни разу не пришлось накладывать взыскание на кого-то из офицеров штаба тыла за нерадивость. Это были люди высокой сознательности, их в войсках всегда принимали радушно.
2 февраля, овладев плацдармом на западном берегу Одера, 1-я гвардейская танковая армия выполнила поставленную перед ней задачу. В ходе операции она вывела из строя 56 тыс. солдат и офицеров противника, большое количество техники, захватила немало трофеев. За успехи в боях орденами и медалями награждены 6317 человек, в том числе и тыловые работники. 21 человеку присвоили звание Героя Советского Союза. Генерал-полковник М. Е. Катуков и полковник И. И. Гусаковский были удостоены второй медали "Золотая Звезда".
Одер! Мы читали на указках: "До Берлина - 70 км". Сердце пело от радости и гордости. Под неослабевающим натиском советских воинов трещала по всем швам хваленая гитлеровская военная машина. Остановить нас не могла теперь никакая на свете сила. До фашистского логова - Берлина - оставалось рукой подать.
