Тренер кивнул. Орлан вышел и выдохнул. Борис Евгеньевич сказал, что стоит за него «как обычно». Какое счастье! Мальчик вприпрыжку побежал готовиться помогать по хайтеку.
Орлан старался выкраивать хоть капельку времени для накачки мышц, но у него слабо получалось. В смысле, уже хорошо получалась даже промышленка, но вот потолок и не думал поддаваться. В их пятерке тайных тренирующихся он был самый слабый и невзрачный. Остальные парни хоть как-то держались на потолке, не говоря о Джуане, который похоже родился мухой, и мог вытворять на потолке что угодно. Орлан завидовал, по-доброму, конечно. Просто он тоже хотел не отставать. Не зря Джуана все побаивались слегка, хотя он – классный пацан.
– Хоть вздыхай, хоть сопи, хоть жуй сопли и вопи, – подтрунивал над ним Олег. – У каждого свой предел, чувак. Если объявят соревнования на потолке… Мой тебе совет – не выходи на трассу, сразу откажись, так будет меньше позора.
– Да ладно, Орлан. У тебя еще хорошо получается. Ты бы видел, что творится с другими ребятами. У многих начинается головокружение, они вообще к этому не пригодны, другие здорово блюют с высоты. Одним словом, ты не безнадежен, – подбадривал его Кирилл.
– Не слушай их треп. Просто продолжай, стиснув зубы, проходить свою максимально длинную трассу день за днем, время от времени добавляя расстояние, и в один миг все получится. Так было у меня, – хлопнул Джуан по плечу. – Учитывая, что ты первый год занимаешься спортом, у тебя нереально крутые успехи.
– Знаете, я в Мега-городе дома редко сидел, кроме как делал уроки. Родители не поощряли. Везде камеры, вот и приходилось иногда зависать на спортплощадках, когда там были дни «для всех». Подтягивался, бегал много, иногда дрался – у меня хорошая закалка.
Парни дружно закивали. Они уже вышли из спортзала и начали расходиться по комнатам.
– Орлан, чтобы ты не раскисал, скажу тебе, только не зазнавайся, – придержал его за плечо Джуан. – Если ты думаешь, что только мы здесь дополнительно тренируемся, то сильно ошибаешься. Думаешь, Инна просто не заходит по вечерам в секцию? Нет. У нее дополнительные тренировки за бабки с Ревнем и другими учениками из секции на более крутых виражах в платном секторе, – шатен кивнул в сторону огромных площадок для индивидуальных тренировок. – Поэтому многие и бесятся, например, Ревень. Твои успехи на ровном месте не дают им спать. Может быть, поэтому Инна тебя и не жалует. Она просто не может показать, что ты ей нравишься, ведь у нее есть платники, которые должны быть круче тебя. Ну, топай спать. Пока!
– Пока… – протянул Орлан, пытаясь вместить и переварить только что полученную информацию.
Выходит, все не так просто, как он себе представлял. Вот у Стеценко получается быть ровным со всеми учениками, а у Инны нет. Возможно, потому что она – женщина? Он вспомнил поцелуй Инны и Бориса в коридоре. А может быть, и по другим причинам…
Вилен Григорьевич плотоядно ему улыбался. Парню стало немного не по себе.
– Я уже не знаю, какую ковровую дорожку разослать перед супер звездой, чтобы заманить в нашу скромную обитель, – торжественно произнес главный тренер «Тренажерки». – Ты прямо чудо дивное. Редко-редко, как комета, появляешься среди обычных людей.
Женя, стоявший с мужчиной рядом, криво усмехнулся. Дэйв все понял, но сделал вид, что ничего не понял.
– Так заниматься сегодня будем или я зря приехал? – спросил он.
– Конечно, будем. Переодевайся, – заверил Вилен.
Когда Дэйв с невзрачным телохранителем зашел в спортивный зал, то обнаружил там не только своего наставника, а рядом Женю со вторым тренером, чуть дальше стоял Саран с третьим мужиком.
«Ну, вообще, класс! Нюхать теперь пот со всех жирных задниц», – зло мелькнула первая мысль.
– Для того, чтобы ты мог понять, на каком уровне находятся твои навыки, я пригласил позаниматься рядом знакомых тебе ребят. Это точно пойдет тебе на пользу, – заявил присутствующий тут же Вилен Григорьевич. – Начинайте.
Начали они с разминки. Женя и Саран то ли пыхтели изо всех сил, то ли, правда, были лучше Дэйва, но все делали резче, интенсивнее, быстрее. Затем пошла тренировка ударов. Женя бил по груше прицельно, а Саран вначале показал на Дэйва, затем на грушу и принялся лупить ее, как бешенный.
– Хорошо, ребята, держим темп, слушаемся своих учителей, – прохаживаясь туда-сюда, командовал главный.
По всему выходило, что только Дэйву каждое движение приходилось объяснять и пояснять, показывать по нескольку раз. У остальных же, как от зубов отскакивало. Дэйва это потихоньку начинало злить. Он прекрасно понимал, что Вилен хочет ему показать и куда тычет мордой, но отказывался признавать очевидное. Через час он начал сдуваться, а Саран с Женей, наоборот, словно только начали входить во вкус и лупили по полной. Гнески старался и держался, однако еще через полчаса его силы иссякли, и он ушел.
