– Государыня Ольга поручила мне предложить вам политическую сделку, – сказал Великий князь Михаил, как бы ненароком сдвигаясь так, чтобы отрезать Фердинанду путь к спасению.
«Ну да, – подумал Фердинанд, – знаем мы ваши сделки. Небось, вам нужен мой свежий труп в обмен на дружественный нейтралитет Болгарии…»
Впрочем, вслух эти слова не прозвучали, а гость из России продолжил:
– Должен поставить вас в известность о том, что, так как турецкий султан Абдул-Гамид не выполнил ни одного условия, поставленного перед Османской империей Берлинским трактатом, то на переговорах между Россией, Англией и Францией достигнуто политическое решение о безоговорочной денонсации этого документа. В связи с этим Наша Государыня-Императрица Ольга Александровна предлагает вам свое содействие в восстановлении границ Болгарии в соответствии с Сан-Стефанским мирным договором, гарантию обеспечения полной независимости Болгарии, а также титул суверенного монарха, царя-объединителя, в обмен на вашу последующую добровольную абдикцию – ну, скажем, по состоянию здоровья, – при том, что престол перейдет вашему сыну Борису, а вы удалитесь на отдых в родной Кобург.
– Что?! – вмиг взвился Фердинанд, покраснев как помидор. – Да как вы смеете, мальчишка?!
– Не забывайтесь, Фердинанд – кто вы и кто я! – ледяным тоном произнес Великий князь Михаил. – Я, представитель древней династии, которой скоро исполнится триста лет, сам, добровольно, отказался от власти в стране, занимающей одну шестую часть суши, потому что моя сестра может сделать эту работу лучше меня! А вы – первый и, может быть, последний в своем роду князь Болгарии, которую на глобусе можно целиком закрыть ногтем большого пальца…
Болгарский князь побледнел и, отступив на шаг назад, уперся спиною в стену. Разъяренный Михаил Романов – это зрелище, способное испугать и человека с гораздо более сильными нервами.
– Ну, хорошо, – примиряющим тоном сказал Фердинанд, – я прошу прощения за несдержанность. Но все равно – нет, нет, и еще раз нет! Я не поступлюсь своими правами даже в пользу своего сына…
– Не смею уговаривать, – прервал болгарского князя брат русской императрицы, – счастливо оставаться. Последствия вашего отказа не замедлят воспоследовать, ждите.
И с этими словами, развернувшись кругом через левое плечо, он покинул залу, где проходила встреча, и было слышно, как он спускается по парадной лестнице, звякая шпорами и стуча по ступенькам каблуками кавалерийских сапог. Фердинанд успел подбежать к окну, чтобы увидеть (а скорее, услышать), как, провожая гостя, охраняющие дворец солдаты Софийского полка берут винтовки «на караул».
– Ты все равно ничего не докажешь! – сходя с ума от злобы, прошептал болгарский князь, сжимая кулаки.
В этот момент он жалел, что не может приказать своим людям схватить этого наглеца и посадить в тюрьму, потому что такой шаг болгарского правителя не только вызовет возмущение в самой Болгарии, но, самое главное, даст русской царице повод свергнуть его вооруженной рукой своих полков. В этом Фердинанд был прав; ошибался он в том, что Михаил не сможет ничего доказать. Наивный чукотский мальчик… Вполне себе компактный диктофон из будущего во внутреннем кармане и миниатюрный микрофон, выведенный в петлицу мундира, зафиксировали этот разговор во всех подробностях, разве что кроме летящих во все стороны брызг слюны князя Фердинанда. Всей этой хитрой техникой из двадцать первого века Великого Князя перед отъездом в балканский вояж снабдил канцлер Одинцов.
Материал для болгарского общества, больного двумя вещами: объявлением полной независимости от Турции, а также присоединением к Болгарии Фракии и Македонии – получился абсолютно токсичным для князя Фердинанда. Теперь предстояла вторая часть процесса, подразумевающая, что выработанные фекальные массы необходимо слить в средства массовой информации, и для этого в отеле «Болгария» Великого Князя Михаила уже ожидали корреспонденты ведущих болгарских газет. Торопясь в Белград, брат русской императрицы не собирался надолго задерживаться в Софии и собирался проделать все как можно скорее, пока конечный продукт жизнедеятельности болгарского князя еще не остыл.
Полчаса спустя. Болгария. София. Королевский (президентский) номер в Гранд-отеле «Болгария».
От княжеского дворца до гранд-отеля «Болгария» пешком идти не более четверти часа. Но Михаилу пришлось соблюдать этикет – то есть сесть в экипаж, объехать площадь Князя Александра I по кругу и степенно выйти у входа в отель. В роскошном номере, предназначенном для царствующих особ (иначе опять же было бы невместно) его уже ждали корреспонденты крупнейших болгарских газет и неизменный оберст Слон, в отсутствие Великого князя разогревавший шакалов пера рассказами о растущей мощи стремительно меняющейся Российской Империи.
