— Доктор Уотсон, верно? Сюда, пожалуйста.
Я повернулся и увидел высокого мужчину в крестьянской одежде; шляпа с широкими обвисшими полями защищала его лицо от солнца. Решив, что передо мной интересный образчик приверженцев сельской жизни, я тщательно рассмотрел его. Мой пристальный взгляд и отсутствие ответа, по-видимому, разозлили провожатого.
— Эй, пойдёмте, доктор! Если вы, конечно, доктор, — рявкнул он.
Оскорблённый подобным хамством, я тем не менее прикусил язык и, подхватив дорожную сумку, последовал за грубияном к маленькой, запряжённой лошадью телеге, какие тогда часто можно было увидеть на фермах. Лошадь повернула голову и одарила меня долгим враждебным взглядом. Ответив ей тем же, я с трудом взгромоздился на телегу и втиснулся между двумя тюками сена. Слуга Холмса уселся на место кучера, подхватил вожжи и крепким словцом послал лошадь вперёд. Больше я от него ничего не услышал до самого конца поездки.
Путь от станции до старого сельского дома, который приобрёл Шерлок Холмс, занял около часа, и за всё это время я не смог вытянуть ни слова из моего неприветливого попутчика. Лошади он тоже больше ничего не сказал; похоже, животное знало дорогу, следуя вдоль еле заметной, но всё же различимой тропы через тихие зелёные луга, колыхавшиеся на ветру. Через некоторое время я не выдержал жаркого полуденного солнца, которое припекало не на шутку, и снял пиджак, однако возница не проявил никаких признаков неудобства от жары.
Наконец, к моему великому облегчению, мы заехали во двор старого сельского дома, в котором теперь обитал мой друг. Возница остановил лошадь, спрыгнул на землю и, по-прежнему не произнеся ни слова, куда-то пошёл.
— Эй, вы! — закричал я, окончательно потеряв терпение и вежливость. — Уважаемый! Немедленно доложите своему хозяину о моём приезде. Возница остановился, нагло повернувшись ко мне спиной, и проворчал:
— Да он уже в курсе.
— Неужели? Тогда где он? Где Шерлок Холмс?
— Прямо перед вами!
Слуга резко повернулся, распрямившись и сдёрнув шляпу, и в этот момент я уловил знакомые черты Шерлока Холмса: орлиный профиль, острый взгляд. Сейчас он весело подмигивал, довольный тем, как разыграл меня.
— Холмс! — воскликнул я, поражённый его мастерством и дерзостью. — За всё то время, пока мы ехали от станции, я даже не заподозрил…
Он радостно рассмеялся:
— Старые навыки не ржавеют, мой дорогой друг. Простите, что ввёл вас в заблуждение, но вы же знаете мою любовь к такого рода трюкам. Пойдёмте в дом, велим подать чай.
С этими словами Холмс повёл меня к дверям — прямой и стремительный, как и прежде, будто был на пятьдесят лет моложе, чем на самом деле.
— Помедленнее, Холмс! — запыхавшись, крикнул я вслед. — Помните, что старина Уотсон был лишён преимущества в виде чистого воздуха Суссекса, который сохранял бы его молодость.
И мы вместе пошли к дому в более неспешном темпе.
Это был огромный, старый, разросшийся за счёт пристроек дом, возведённый больше пятидесяти лет назад одним джентльменом из Южной Африки, который, как сообщил мне Холмс, встретил свою ужасную и необычную смерть в этом самом доме. Отсюда открывался захватывающий и прекрасный вид на Ла-Манш, но из-за соседства с водными просторами здесь часто наблюдались туманы и холодные моросящие дожди. Должно быть, в момент смерти первого хозяина это было действительно мрачное место, но Холмс купил собственный электрогенератор и провёл электричество по всему зданию, поэтому оно казалось довольно жизнерадостным в тот вечер, когда мы после ужина сидели и пили чай в ярко освещённой библиотеке, а приятный морской бриз врывался в окно вместе с монотонным жужжанием насекомых и ароматом цветов.
— Должен признать, Холмс, тут довольно мило.
Он бросил на меня острый взгляд:
— Неплохая замена шуму и смраду летнего вечера в Лондоне, Уотсон?
— Именно! — Я рассмеялся. — Мне почти захотелось провести оставшиеся годы или, вероятно, месяцы здесь, с вами, в деревне.
— Я был бы счастлив, разумеется… Но вы сказали «месяцы»?
Его лицо, обычно непроницаемое, выдало огорчение.
Я пожал плечами:
— Боюсь, что так, но давайте не будем обсуждать столь безотрадную тему, как смерть. Как успехи с пчёлами?
Мой друг нажал кнопку, вмонтированную в небольшую коробочку на столе рядом с его креслом.
— Я хочу, чтобы вы кое-что попробовали, Уотсон, а потом я отвечу на любые вопросы, которые у вас могли возникнуть касательно моих пчёл.
Когда миссис Хадсон отозвалась на электрический звонок, Холмс попросил:
— Не могли бы вы принести новую бутылочку
