Увы, но оказалось, что у столь полезного умения всё же имеется один недостаток. Время его "отката", выражаясь игровым языком, составляло ровно двенадцать часов. Таймер появился в меню умений после завершения его действия. Да и не сказать, что само действие сильно продолжительное: стоило молодому человеку нагнать товарищей после уничтожения вышки, как неуязвимость спала сама собой.
— Вы давайте не трындите, а на ложки налегайте, — проворчал Хмурый, взял со стола тарелку с ложкой и подойдя к сидящей в углу Машеньке, передал ей еду.
Пигалица притащила с первого этажа свой любимый стул и устроила "временное логово" в углу комнаты. Ей богу, как кошка, эти мохнатые создания тоже любят устроиться так, чтобы всех со стороны видеть.
Отдав еду, Хмурый полез в окно:
— Ты куда? — поинтересовался Гена.
— За мармеладом… — отрапортовал мужчина.
— Это же стратегический НЗ, для поднятия боевого духа перед атакой ботов, — возмутился Гена.
— Перед атакой ботов будем поднимать боевой дух водкой, а сегодня обойдёмся мармеладом. И вы работайте ложками, работайте, темнеет, меньше двух часов осталось. И этого, зная как вы, болтологи, чай пьёте, может на хватить…
***
Вероятно, даже став чем-то большим, человек обречён оставаться человеком. Ведь как ещё объяснить то, что нечувствительные к жаре администраторы банально наслаждались прохладой своей готической цитадели.
— Жень, чем ты там занят с таким сосредоточенным видом? — обратился широкоплечий крепыш, к сидящему за столом философу.
Тот на это открыл глаза и растерянно произнёс:
— Не могу найти шесть тысяч мертвецов.
На это заявление развалившийся на стуле гопник безразлично заметил:
— Когда у тебя их под землёй пять миллиардов сныкано, пять тысяч — это мелочи. Может их подземные монстры подъели. Не стоит забывать, что средний зомби, это не только жаждущее чужих мозгов создание, но и примерно пятьдесят килограмм питательного, пусть и суховатого мяса…
Крепыш на сказанное порылся в кармане, из которого достал и протянул гопнику похожий на крупную монету кругляш. Гопник дар принял и повертев его в руке, узрел на одной его стороне профиль щекастого мужчины, а на другой надпись: "Петросян первой степени".
— Юр, как ты это делаешь? Я вот до сих пор не могу материализовать предметы по своему желанию, — убрав заслуженную медаль в карман, удручился гопник. — Жек, да заканчивай ты ревизии проводить, у нас через пять минут рабочий день заканчивается, — обратился он к философу. — Всё, домой, проснись и пой! Все приличные люди спят, а мы, понимаешь, работаем…
— Что-то здесь не так, — покачал головой философ.
— Да говорю тебе, в расход мертвецы пошли. И вообще, завязывай ты с привычкой основные параметры перед переходом проверять, по мне только время зря тратишь.
— Они не могли пойти в расход: каждый из имеющихся на балансе мертвецов реальный житель этой планеты и на каждого заведена индивидуальная личностная матрица, по которой он будет воскрешён Системой в случае гибели. Да и с ними как бы всё нормально, никаких сбоев или недочёта. В очереди на воскрешение они также отсутствуют. Просто я помню, что их было 5146747356, а теперь их 5146741356. Шесть тысяч не могли просто взять и пропасть.
— Их снял с баланса Шеф для каких-то своих нужд, — задумчиво посмотрев в потолок, произнёс крепыш. — Я даже знаю для каких… — невесело произнёс он, после чего встал из-за стола.
— Юр, а ты это куда? — с интересом спросил гопник.
— Спасать чужие задницы…
— "Спаситель", а ты не забыл, что сегодня выходной. Не у нас, а дома. И что тебе сегодня надо детей из школьного общежития забирать, — хмыкнув, заметил гопник. — Я бы промолчал, но кое-кто обещал и моего спиногрыза прихватить.
Крепыш замер и как-то обречённо протянул:
— Трудно быть "богом"…
Теперь уже озорные нотки появились в глазах почти всегда отстранённого философа. Он, изображая безразличие, монотонно произнёс:
— Спасти чужие жизни, но заиметь взбучку от Эриты, или же выполнить отцовский долг, получив в награду тёплый семейный обед и что там ещё полагается.
— Э, нет, не смотри на нас так, мы против воли Шефа даже пальцем шевелить не будем, — безапелляционно вставил гопник.
— Так что ты выберешь? — с нескрываемым уже интересом, поинтересовался философ.
Крепыш, чуть подумав, задумчиво произнёс:
— Я выбираю обед…
***
***
Умные мысли частенько приходят с опозданием: сделанный перед воротами станции "карман" и ведущие в него "крылья", после включения в уравнение переменной "танк" отчасти стали помехой. С одной стороны, металлическая конструкция загораживала обзор, с другой, если во всю эту кручено-вязанную кустарщину пальнуть из танка, выйдет бессовестный перевод стройматериалов. Но проблемы, как говорится, нужны чтобы их решать, отчего часть железных листов с "кармана" сняли ещё утром, и сейчас танковая пушка могла без помех простреливать содержимое "невода".
