— Вот никак не пойму – почему девушкам так идет форма? И так-то – красавицы, а как форму наденут – вообще край приходит бедным мужикам! Кстати, знаешь, что значат твои эмблемы на петлицах, Ирочка?
- Ну давай, давай, Ваня! Наври что-нибудь! – Ирина засмеялась, и приглашающе улыбнулась ему.
- Есть такой анекдот! Идет армянин с женой по городу. А сами они – деревенские, в город из села по делам приехали. Проходят мимо аптеки, а на витрине – вот такая эмблема нарисована. Жена и спрашивает его: «Самвельчик! Слюшай, чито такое нарисовано, э?». Тот посмотрел мельком, взмахнул рукой эмоционально: «Это, Азгуш, твоя мама чай пьет!».
Девушки рассмеялись от немудренного юмора, а Иван начал поглядывать по сторонам:
«Кто-то тоже обещал участвовать в этом походе! Не видно что-то!».
Парней окликнули, попросили подойти, чтобы распределить по мужским плечам имущество. Ивану достался тюк плотно укатанного брезента. Он как раз увязывал его поверх своего ранца, в который превратилась его сумка, когда он пристегнул к ней плечевые ремни, когда его хлопнули по плечу:
- Ну что, привет! Я же говорила, что вместе пойдем в поход! Вот видишь, слово свою держу!
Кира улыбалась. Кира была как всегда… Кира, одним словом!
Одетая в темно-коричневый лыжный костюм с «начесом», плотно облегающий ее по груди и попе, вязаная шапочка на голове, на ногах – аккуратные светлые фетровые бурки, подшитые кожей.
«Старший комсостав, насколько я понимаю, бурочки такие носит!».
Девушка приветливо поздоровалась с Ириной и Светланой, быстро познакомилась.
А он чувствовал, как на него вновь наплывает уже знакомое чувство дурацкого оцепенения от близости этой девушки. И улыбка, глупая такая, вновь полезла на лицо. Похоже, это было явственно видно и другим – Ирина сразу посмурнела, и даже надулась, поглядывая в сторону Киры. А Светлана удивленно переводила взгляд с него на Киру.
- Что-то ты, Кира, легко одета! Как же вечером-то…, - постарался «бытовухой» отвлечься Косов.
- Так вот же! – Кира чуть повернулась, демонстрируя за плечами ранец, примерно такой же, как и у Ивана. Только, судя по рыжей шкуре на верхнем клапане ранца – германский оригинал. На ранце был принайтовал армейский серо-зеленый бушлат.
Найдя какую-то причину, Ирина отлучилась, утащив с собой и Светку.
- Х-м-м… похоже, товарищ военфельдшер не очень рада моему появлению! Иван! Можешь пояснишь, чего она так… надулась? – улыбаясь, спросила Кира, но не дожидаясь ответа, сама рассмеялась, - Да ладно! Понятно все и так! Ты, Ванечка, времени нигде зря не теряешь, да? Здесь-то как медика уже окрутил?
— Это Ирина… Мы с ней уже почти полгода в одном кружке занимаемся. А сейчас она – здесь служит! – пробубнил Косов недовольно.
- Ага! А Светлана? Тоже здесь служит? Или – тоже с тобой занималась? – глаза ее смеялись.
- Тоже… занималась.
- Понятно все с тобой! Где Косов – там и бабы! Точнее – наоборот! Где бабы – там и Косов!
Он вздохнул. Почему-то в присутствии этой девушки весь его опыт общения с женским полом – не действовал. Куда-то пропадала веселость, юмор отказывал, голова работала… крайне слабо. Вместо зрелого мужика появлялся восемнадцатилетний влюбленный пацан! И ведь надеялся, что пройдет время, другие женщины… Так нет же! Вот – появилась, и его «болезнь» вернулась!
- Ну? Ты чего молчишь-то? Вот же… Косов, ты и пенёк! И чего они в тебе находят? – Кира явно притворно сердилась и выговаривала ему.
- Так! Придется заняться твоим воспитанием! Все время похода от меня ни на шаг не отходишь. А то… знаю я этих медичек!
- Сама такая, да? – попытался вернуть «бразды правления» телом и эмоциями зрелый мужик.
— Вот как? Это мы так за независимость боремся? Похвально! Только… мимо! Хотя… в чем-то ты и прав! Сама такая… ну – примерно такая же! Ты давай, давай, шути дальше! Может и получится что-то смешное.
- Ты чего это… ершистая сегодня, прямо вот с утра?
Она вздохнула:
- И правда… Ладно! С мамой с утра… поспорила.
- На какую тему спор был? По поводу диагноза очередного пациента?
- Х-м-м… ну, можно и так сказать. Ладно! Нужно мне все-таки с девчонками контакт налаживать! Не дело это… обиды эти, надуманные! Вот, Ваня, почему так – ты чего-то там… творишь, а мне с этим разбираться?
«Ну да… кто же виноват? Она что ли? Как же…».
Кира вернулась быстро, ведя за собой девушек. У Ирина на плечах уже была медицинская сумка-укладка. Кира была весела, что-то рассказывала девчонкам, отчего те весело смеялись. Ну как весело? Светка смеялась, а Ирина – улыбалась иногда.
— Вот еще, Ваня… Расскажи-ка мне, что там за концерт Вы опять репетируете? Почему я об этом узнаю через пятые руки?
- Почему ты об этом узнаешь таким образом? Так и что мне говорить? Калошин приехал, попросил помочь с концертом на Сибкомбайне. Чего тут рассказывать? И как, скажи мне, я должен был тебя об этом известить? Голубя почтового отправить? Телефона у нас в клубе нет, да и твоего телефона я не знаю. И зачем мне тебя извещать?
