- Ну чего ты так на меня смотришь? Я уже боюсь ее, понял! Она на меня постоянно так зыркает, аж мороз по коже!
- Да ничего она не зыркает. Ну… может, когда посмотрит… иногда! Может она – завидует тебе?
- Во-о-от! И я о чем? Завидует! Точно. А бабья зависть, Ваня, это иногда очень страшно! Так, что… С тебя не убудет! И мне достанется, и Вареньке этой… Да и царице ненамного меньше будет!
«Пиздец! Кино и немцы!».
- Что-то, Косов, как-то… не очень! Вроде бы… что-то и просматривается уже. Но… невнятно как-то! Для показа это не годится!
Лазарев недоволен. Ну как же – месяц уже прошел, а у Ивана – не в шубу рукав!
«Ну да, а чего ожидать, если он и занимался только раза четыре или пять, по паре часов! Этого для какого-то результата – категорически мало!».
- Времени не хватает! Постоянно чем-то занят – с самого утра и до позднего вечера.
«И даже ночью!».
- Концерт мы готовим в Доме культуры Сибкомбайна, товарищ инструктор! Времени – просто нет, - пытается довести до Лазарева свои проблемы Косов, - Может чуть позже, в начале мая, после концерта времени будет больше, вот и начну плотно заниматься!
- В мае… В мае, Ваня – само собой! Мне, чтобы подготовится, тоже время нужно. Тот же художник! А как я его приглашу, если у тебя самого… через пень-колоду! А там и времени-то совсем мало останется. Когда тебе ехать-то?
- Вроде бы в середине июля, пока не точно…, - отвечает Косов.
— Вот! А я и говорю – времени – в обрез!
Как оказалось, Квашнин – бывший комбат в полку Шедько. Через него и передал комполка Ивану требование явится в Дом обороны, для получения предписания на прохождение медицинской комиссии, перед направлением в училище. Уже в Доме обороны изрядно мордатый капитан-кадровик заставил Косова исписать кучу бумаги – анкеты, автобиографию, еще какие-то листы с личными данными. К нему же Иван принес и характеристики – с места работы, и комсомольскую, которую, скрепя сердце, выдал ему комсорг совхоза.
Непосредственно про поступление в училище, капитан ничего толкового Косову не сказал – отделался общими фразами. Либо сам не знал, либо – не счел нужным говорить, сука толстая!
«Потом, все – потом! До Вас доведут в свое время, в части Вас касающейся!» - у-у-у… бюрократ военный!».
- Иван! А вот – про концерт. Нельзя ли там, как-то парочку контрамарок заиметь? Для меня и супруги? Может… еще для Квашнина?
А вот это была проблема! Уже не раз столкнулся Косов с просьбами – «про контрамарки». И сам думал – может можно как-то пригласить своих знакомых? В первую очередь – подумал про Фатьму. Потом… про Завадскую, Ритку. И Ирину со Светой! Всех хотелось пригласить, но! Как объяснил Илья – если и будет такая возможность – только пару штук и не более!
Вот и неудобно получается. Приходится объяснять, что от него это – никак не зависит. Но он – попробует что-то сделать. Но – твердо обещать не будет! Интернета и телевизора – нет и в помине, из развлечений – кино, да разные концерты. И пусть последних проводится немало – в разных местах и по разным поводам, но спрос у людей есть!
Медицинскую комиссию Иван прошел очень быстро – пока нет той кучи проверок, анализов, собеседований и исследований, которые напридумывали потом, в будущем. А здесь – хирург, окулист, ЛОР, называемый – «ухогорлонос», терапевт. Ах, да! Еще и справка, что на учете у психиатра не состоишь. Все! Потолкался Иван в толпе таких же, как и он парней, послушал разговоры, обсуждения, сплетни разные. Ну все – как и в будущем, в таких же очередях в военкоматах. Разные страшилки, откровенное вранье, изрядное хвастовство – пацаны письками меряются, чё? Но парни все спортивные, подтянутые, крепкие.
По поводу этих отлучек наслушался от Ильи – по самое «не балуйся!». Концерт, концерт и только концерт! Нет более важного дела сейчас для всех них! И быть – не может!
Уже изрядно усталые, опустошенные очередной репетицией Ильи, они сидели у того в кабинете. Сам Илья, Игорь Калошин и… Варя. Директор был и сам вымотан «донельзя», сидел молча прихлебывая чай, размышлял о чем-то.
- Ну что – все на мази, не так ли? – спросил Косов.
Калошин кивнул:
- Да, вроде бы все получается, - потом улыбнулся, кивнул на Илью и сказал, - Ты на Илюху не обижайся! Перфекционист, и этим все сказано. Но… тут и по-другому нельзя. Только так! Молодец, Илья! Расслабимся уже после концерта. Ты, Ваня, еще нашего Матайса не знал! Вот где был – зверюга, да, ребята?
Илья и Варя оживились, заулыбались.
- Матайс – это наш преподаватель и завуч в культпросветучилище. Он потом директором стал. Все сценки, все номера, все концерты он готовил так, что девчонки слезами умывались, а парни кулаки сжимали. Но зато – все концерты были – образцово-показательными! Ох и человечище был!
- А почему был? – спросил Косов.
- А утянули его от нас! Куда-то… в Ленинград, вроде бы, соблазнили.
- А кто концерт вести будет? А то я как-то мимо этого прошел! – поинтересовался Иван.
- Ну как кто? Чего искать людей, если уже все обкатано. Первую часть концерта – Кира, - тут Варя немного сморщилась, - вторую часть – Елкин!
- А Елкин – это кто?
