В ДК их встретили. С помощью калошинцев, они быстро перетаскали костюмы по гримеркам, закрыв те на ключ. Илья переговорил с директором ДК, тот только что честь не отдал – пообещав строгую сохранность чужого имущества на вверенной ему территории!
Потом всей оравой вывалили на станцию, благо до нее от ДК – рукой подать. Калошинцы ехали по домам. А также и Илья с Тоней собрались ночевать в городе, о чем уведомили остающихся здесь Ивана, Лизу и Лиду.
Когда вагончик «передвижки» увез всех соконцертников со станции, Лида вздохнула и сказала:
- Какой суматошный день, правда же? А я, признаться, так есть хочу, что… у меня уже в животе буркает, отчего я чувствую себя очень неловко.
Лиза хмыкнула:
- Да, подруга! Нас же никто чаями не поил в театре! Я тоже голодная, как медведь по весне!
- Так может пойдемте ко мне, быстро что-нибудь на скорую руку сообразим – хоть картошки пожарим. Можно еще яичницу… Она же быстро готовится.
«Про яичницу… Ага… быстро!».
Переглянувшись с ним, похоже вспомнив тоже самое, Лиза фыркнула и ответила:
- Согласна, Лида! Надо поесть… А этого… с собой берем? Или пусть питается у всяких потрепанных тигриц?
Лида засмеялась, но возразила:
- Ты неправа, Лиза! Женщина эта Завадская, безусловно эффектная. Знаешь, подруга, я не отказалась бы также выглядеть в ее возрасте!
«Да какой там возраст? Она, Елена, старше этих двоих максимум лет на пять-семь. Но, безусловно, классом все же повыше!».
- А в чем вина моя, извините… Разрешите узнать?! А то вроде бы впал в немилость, а за что – сам не пойму! – «в любой ситуации нужно отрицать все до последнего»!
«Как там говорил один матерый сиделец, в той еще жизни - «Чистосердечное признание облегчает вину, но удлиняет срок!».
- Нет, ты посмотри, подруга! Он еще и невиноват, оказывается?! – Лиза всплеснула руками.
- Так в чем моя вина? – «скажи боярин!» - добавил про себя Косов.
«Вроде бы так в известном фильме вопрошал один персонаж!».
Лиза задумалась, накручивая локон волос на палец.
- Хотя бы в том, что мы так голодны! Кто придумал ехать в этот… театр? Где его уже ждала Елена Георгиевна! – имя Завадской Лиза произнесла явно с издевкой.
- Красивая моя! Человек помог нам, а ты так… к ней…
- Помог, помог… Но мне она – не понравилась! – уперла пальчик ему в грудь Лиза.
Лида смотрела на них с улыбкой:
- Лиз! Мне так нравится на Вас смотреть! Особенно на тебя, подружка! Ты с Иваном как будто лет десять скинула. Вы сейчас – как будто примерно одного возраста.
— Вот еще…, - опять «фырк» Лизы, - связалась же… с малолеткой. Как там эта его знакомая сказала: «Милый мальчик!». Убила бы!
И Лиза покрутила своим кулачком прямо под носом попаданца.
- Ладно… берем его с собой! Накормим уж… милого мальчика! Но за это, этот малолетний нахал, ответит на некоторые мои вопросы! Понятно, мальчик?!
«Нет… не понял! Но… все-таки интересно – а почему меня так бесит вот это обращение? Понятно же, что это такое ничем не прикрытое «подкусывание» - что у Елены, что сейчас – у Лизы. Умом понимаю, а эмоции – захлестывают! Надо держать себя в руках. Не хватало еще попадаться на такие простые провокации!».
Женщины действительно очень быстро все приготовили. В четыре руки. И ничего не подгорело на этот раз. Все это время Иван полулежал на такой знакомой тахте, пожулькивая за мохнатый, теплый и мягкий живот Тихона. Коту это явно не нравилось, он сначала шипел, урчал, подергивал хвостом. Но с тахты не уходил! Потом вроде бы – смирился, и только изредка чуть слышно подвывал – протяжно так!
- Иван! Хватит мучать Тишу, иди есть! – позвала его Лида, - Слушай! А чего он так тебя невзлюбил?
- Сие тайна великая есть! Ну откуда же я знаю, Лидочка! Может… вон Лизу ко мне ревнует?
Лида засмеялась, похоже приняв его слова как версию.
- Так… И все-таки, Ваня, на несколько моих вопросов ты ответишь! – значит Лиза свою идею вывести его на чистую воду не оставила.
- Милые дамы! В старинном русском фольклоре, женщины, дабы выведать мужские секреты предпринимали следующие меры: накормить, напоить, в бане попарить и спать уложить. После такого-то какой мужчина устоит? Все-все расскажет! – поглощая горячую жареную картошку заявил Косов.
Женщины удивились, помолчали, а потом Лиза, обращаясь к Лиде, спросила:
— Это чего же, Лидочка, он сейчас нас Бабами Ягами обозвал? Ах ты ж! А ну иди сюда, подлец! – это она уже к Ивану, предусмотрительно отскочившему ближе ко входным дверям.
- Лидочка! На твоем, хозяйкином месте, я бы сейчас убрал со стола ножи, вилки… Ага! Вон еще и кочергу от печки! А ведь и смертоубийство может случится! А зачем тебе здесь, в твоем доме, мой молодой, красивый, хладный труп?
Лида снова хохотала, закрыв рукой рот:
- Ой, не могу! Лиза! Да успокойся ты! Неужели не видишь, что он все это специально делает, чтобы от твоих вопросов улизнуть!
- Ага! Ты права, подруга! А ну иди, сядь на место. Да иди – трогать не буду! – Лиза прищурилась, но вроде бы успокоилась.
Косов вернулся на свое место и просительно посмотрел на Лиду:
