Перед дверь Завадской, он осмотрел себя, охлопал штаны, оббил, как мог пыль.
«Видок у меня, конечно… Босота с раёна!».
Завадская открыла дверь и удивленно замерла. В халатике, с прической, в домашних туфлях, она все равно оставалась – дамой.
- Ваня? Ой как неожиданно! – удивление сменилось явно видимой радостью.
- Здравствуй, душа моя! Ты одна? Или… может я не вовремя?
- Ну что ты? Ты очень даже вовремя! Даже сам не представляешь – как вовремя! Проходи, проходи!
Он прошел, закинул кепку на вешалку, приобнял подругу и смачно поцеловал ее в полные красивые губы.
- Ты извини… я в таком виде.
- Да я уже удивилась, что ты – как босяк одет? Откуда такой?
- Да… по делам катался тут! Ванну у тебя принять можно?
- Ну конечно можно! Даже… нужно! – Елена засмеялась.
«Умеет же она так смеяться – низким, хрипловатым голосом. Аж мурашки по спине, и в штанах сразу что-то шевелиться начинает!».
Он стягивал с ног сапоги, присев на «банкетку» у входа, когда услышал негромкий голос:
- Ну здравствуй, Ваня!
Поднял голову. В дверном проеме, ведущим в зал, стояла, опираясь о косяк Ритка. Тоже в халате. Недлинном. Ножки красивые, чуть скрещены.
«Блядь! Похоже – встрял! М-да-а-а… Сколько не отлынивал от обещания… Сколько ни «кормил завтраками» … И все-таки – встрял!».
Судя по всему, его мысли были явно написаны на его лице, потому как Рита хищно потянулась, негромко засмеялась и протянула:
- Ну что… попался, Ванечка?
Косов непроизвольно шмыгнул носом. Получилось смешно. Завадская засмеялась:
- Р-и-и-и-т… ты чего его пугаешь-то? Сейчас еще сбежит! Подождать надо, пока разденется, ванну примет… И вот только тогда…
Женщины засмеялись.
«Отдохнул, мля… душой и телом!».
Одна из самых распространенных фантазий у мужчин – яркий секс с двумя красивыми женщинами. Сколько таких сюжетов снято в порно, сколько «влажных мечт» такого характера посещает мужчину в любом возрасте. В теории-то любой мужик – что ты! «Вот если бы… то я бы… у-у-ух!». А если на практике?
Вот и у Косова… хотя – тогда еще Елизарова, не было такого в реальности. Все представляешь – как бы это могло быть? Все прикидываешь среди своих знакомых дам – а вот если бы… вот эта… а еще и вон – та! Но… в жизни все не так как в действительности.
И вот сейчас… ага.
«Ну и что? Рад? Доволен? А вот… хрен его знает! И не то, что – боязно, нет… И даже физически знаешь – здоровье не подведет, все будет работать как надо! Но… но… но… Есть такое опасение – не соответствовать ожиданиям женщин! И это очень здорово тормозит мужчину. Если он, конечно, не полный мудак, который заботиться только о себе! А как? А что делать? В теории, конечно… ага! Вон Лысый из «Браззерс» что вытворяет! Умеет, сука лысая – не отнять! А ты? Ты сможешь? Остается только себя успокаивать – не попробуешь, не узнаешь!».
Иван скинул пиджак на вешалку, сунул ноги в тапки, прошел на кухню, закурил, открыв форточку. Завадская зашла следом, остановилась, уперевшись попой о стол. В двери заглянула Ритка. Елена сделала ей «страшные» глаза, скорчила гримаску – «скройся!». Та хмыкнула, но вышла.
- Вань! Ты чего такой смурной? Случилось что?
Затянулся посильнее, выпустил дым:
- Да нет, все нормально! Только…, - повернулся к ней, развел руками и шёпотом, - Лен! Я не знаю… как это все делать. Оттого мне… не по себе! Просто… у меня никогда такого не было! Вот!
Она удивленно подняла брови, потом хихикнула, прикрыв рукой губы, подошла к нему поближе:
- Ваня! Ты чего… боишься, что ли?
Косов развел руками, скорчил морду:
- Ну… не то, что боюсь… просто… не знаю.
Она опять засмеялась, обняла его:
- Слушай… ты не перестаешь меня удивлять! То такой… самоуверенный кобель! Все знает, все умеет. Баб меняет, как перчатки. А то вот так… как мальчишка.
- Ну… с двумя женщинами… тут я точно девственник.
Она расхохоталась:
- Девственник… Мальчик! – погладила его по щеке.
- Опять так… называешь? – насупил брови Иван.
«Ага… в тот раз… она специально так дразнила его, дразнила. А потом… стоя на четвереньках, стонала и изгибалась, как змея! Просила – чуть медленнее, не так глубоко, больно! А стоило, чуть успокоившись, начать нежнее… и сразу просила другое – резче, сильнее, не жалей меня!».
- А что опять? Мне тот раз очень понравился! Ты был такой… грубый, сильный… Сам же видел – я текла как сука! Ах, как я тогда кончала! – Завадская закатила глаза, - Давай повторим?
- И попа после не болела?
Лена засмеялась:
- Ну-у-у… болела. Ну и что с того? Это – пройдет, а воспоминания…
