Время для звезд полностью

У меня есть космический скафандр! Космический! Настоящий!

А это история о том, как я им обзавелся и через что в нем прошел.

– Пап, – сказал я однажды, – я хочу слетать на Луну.

– Валяй, – ответил отец и вновь уткнулся в книжку.

Он опять перечитывал «Трое в лодке, не считая собаки» Джерома К. Джерома. Он ее, ей-богу, уже наизусть выучил.

Я уточнил:

– Пап! Я серьезно.

На сей раз он заложил книжку пальцем и невозмутимо произнес:

– Я же сказал: «Валяй!» Отправляйся.

– Ага… но как?

– Как? – Он, кажется, слегка удивился. – Ну, это уж ты сам думай, Клиффорд.

Вот такой у меня папа. Когда я сказал ему, что хочу купить велик, он точно так же буркнул, даже не взглянув на меня: «Валяй», и я отправился в гостиную, чтобы взять из корзинки денег на велосипед.

Но там оказалось всего-то одиннадцать долларов и сорок три цента, и велосипед мне достался примерно через тысячу миль скошенных газонов. С папой говорить на тему денег бесполезно, потому что если уж в корзине их нет – то нигде нет. Папа не связывался с банками; деньги складывались в корзинку, да рядышком еще стояла одна – с надписью «Дядя Сэм». Ее папа раз в год опорожнял и все содержимое отправлял по почте правительству. Службу внутренних доходов этой манерой он просто доводил до бешенства, и однажды она прислала своего человека, чтобы разобраться.

Вскоре чиновник ошалел.

– Доктор Рассел… нам, конечно, известны ваши былые заслуги… но это ведь не основание пренебрегать налоговой отчетностью!

– Да я и не пренебрегаю, – ответил папа. – Все тут. – Он постучал себя по лбу.

– По закону положено – в письменной форме.

– Еще чего! – хмыкнул папа. – Закон, кстати, не требует, чтобы я был грамотным. Кофе?

Посетитель уговаривал расплачиваться чеками или по безналичному расчету. Папа прочел ему надпись на долларовой купюре: «Является законным платежным средством по всем долгам, общественным и частным».

Вконец отчаявшись извлечь хоть какой-то прок из своего визита, чиновник убедительно попросил папу не заполнять графу «род занятий» словом «шпион».

– А почему нельзя?

– Что значит – почему? Вы же не шпион – так людей-то не смущайте.

– А ФБР вы запрашивали?

– Э-э-э… нет.

– Впрочем, там все равно не ответят. Но вы были так любезны, что я, пожалуй, буду писать «безработный шпион». Устроит?

Налоговый инспектор чуть не забыл свой портфель. С папой спорить бесполезно, он за свои слова отвечает и ни при каких обстоятельствах не идет на попятный.

И когда он сказал, что на Луну я лететь могу, а как – дело мое, именно это и имелось в виду. Я могу отправляться хоть завтра, если меня возьмут на корабль.

Впрочем, отец задумчиво добавил:

– Сынок, на Луну можно попасть не единственным путем. Испытай все возможности… Вот как в этой книжке. Нужно открыть банку ананасов, а Гаррис забыл открывалку в Лондоне. И они пробуют разные способы.

Он принялся увлеченно цитировать, а я улизнул – я слышал этот кусок раз пятьсот. Ну ладно, три сотни.

Я отправился в сарай, где у меня была мастерская, и принялся размышлять об этих способах. Первый: поступить в Летную академию в Колорадо-Спрингс. При соблюдении ряда условий – что я поступлю, что я окончу, что меня возьмут в Космический корпус Федерации – есть некий шанс распределиться на Лунную базу. Или хотя бы на одну из орбитальных станций.

Еще вариант: выучиться на инженера, получить работу, связанную с реактивными двигателями, пробиться на такое место, откуда можно полететь на Луну… Десятки, а может, и сотни инженеров побывали на Луне, их там и сейчас полным-полно – электронщики, криогенщики, металлурги, специалисты по керамике, по кондиционированию воздуха – ну и, само собой, ракетчики.

Впрочем… из миллиона инженеров на Луну попадает горстка. Н-да… В детстве мне даже в «Почте», игре на поцелуи, редко удавалось поучаствовать.

Еще можно стать военным врачом (юристом, геологом, инженером-инструментальщиком…) и болтаться на Луне, причем за хорошую зарплату – если только ты сумел стать незаменимым. Мне на зарплату наплевать; но как достичь вершины в выбранной специальности?

И есть еще один незамысловатый способ – подкатить к билетной кассе тачку с деньгами. Правда, денег у меня было восемьдесят семь центов.

Но мысли о Луне меня не оставляли. Космосом в нашей школе бредила половина ребят, другая половина притворялась, что им все равно (шансов, мол, никаких!), да была еще горстка зануд, которые бы не покинули Землю ни за какие коврижки. Мы долго на эту тему дискутировали, и кое-кто объявил, что умрет, а слетает.

Я помалкивал, но тут «Американ экспресс» и «Кук и сын» предложили всем желающим лунный туризм! Я увидел их рекламу в «Нэшнл джиогрэфик» в стоматологической клинике, когда сидел в очереди на чистку зубов. В этот миг я стал совершенно иным человеком.

Мысль о том, что любой толстосум может просто выложить деньги на бочку и отправиться в круиз, была невыносима.