"Не говори никому об этом… Тебе никто не поверит… Тебя сочтут больным… Даже он, Санитар…"
"Но тогда зачем ты открыла мне такое?" — думал он.
И Соня отвечала на его мысли его же мыслями, но своими:
"Ты скоро узнаешь, зачем…"
Чувствуя неимоверный духовный подъём, Саша решил, что, теперь или никогда, по возвращении домой, он будет должен объясниться с матерью, рассказать ей о настоящем чуде, только что с ним случившемся; и рассказ этот не сможет оставить его мать равнодушной — она обязательно и сразу же обратится к Богу… Он познакомит её с Санитаром… Они будут вместе по воскресеньям ездить в костёл… Потом он договорится с Санитаром о её крещении… Впрочем, наверное, будет лучше, чтобы мать крестили в церкви, а не на квартире, как его… Для старых людей важна каждая мелочь… А то, вдруг усомнится, что всё — инспирировано Западом…
С такими надеждами юноша возвращался домой… Он был почти что уверен, что стоит ему только рассказать обо всём, что он чувствует, стоит только суметь всё правильно выразить в нужных словах, — и мать его сразу поймёт и пойдёт за ним, забыв обо всех предшествовавших разногласиях…
Но этого не случилось из-за того, что сразу же по его приезде жизнь повергла его в беспросветный и нескончаемый ряд бед…
Мир, чтоб не был столь ужасным, тараканы и клопы
Не умеют звуков гласных издавать из темноты.
Человек лишь может страшный крик поднять среди ночи,
Потому что лишь согласных не пытают палачи.
А случилось так, что как только ранним утром, первого июля 1977 года, Саша ступил на порог, вместо приветствия, мать обрушилась на него с потоком обвинений. Оказалось, что за время его отсутствия их квартиру обокрали, и его родители, заявив об этом в милицию, сообщили и свои подозрения относительно воров. А именно, они предположили, что квартиру обокрали Сашины "дружки-сектанты", "втянувшие" их сына в свою "шайку".
Так как взлома двери не было, а преступники проникли в квартиру, открыв её ключами, то это обстоятельство убеждало всех ещё более в той версии, будто "сектанты" под каким-то предлогом выманили у Сашки ключи, сделали копии, узнали у него, когда никого не бывает дома, самого парня отослали с каким-то заданием в другой город и преспокойно обчистили его же квартиру.
Узнав от родителей обо всех их домыслах и поругавшись с ними, Сашка хлопнул дверью, заперся у себя в комнате.
— Собирайся в милицию! — услышал он из-за двери голос матери. — Нечего дверьми хлопать! Теперь всех на чистую воду выведут!.. Сволочи!..
В этом "сволочи" прозвучало стопроцентное убеждение в своей правоте. Особенно больно ударило по сердцу то, насколько велика была реальная дистанция, которой он до сих пор не придавал значения, между ним и матерью…
И он почувствовал, что на него наваливается неумоверный груз, не давая опомниться после долгой дороги и подминая под себя то прекрасное состояние души, которым его наполнила Соня.
"Сволочи" — говорило и о том, что, действительно, нельзя будет избежать допроса и — о, ужас! — Саша понял: у него будут допытываться о том, кто его друзья, и даже могут сделать обыск… Если, впрочем, уже не сделали…
Он начал осматривать книги… Новый Завет он возил с собою, и он ещё находился в его дорожной сумке… Но книги Ивана Крестова! Где они? Их не было!
"Влип, очкарик!" — сказал сам себе Сашка и тяжело опустился на диван.
А за дверью отец уже с кем-то разговаривал по телефону…
— Вернулся… — услышал Саша. — Да… Только что…
Мысли смешались… Он не знал, что предпринять, чувствуя нарастающие неприятности.
— Сейчас… — услышал он, как отец сказал кому-то по телефону, и затем громко — через дверь — сыну:
— Тебя к телефону! — И постучал в дверь. — Следователь из милиции — товарищ Невмянов!
У Саши в комнате находился свой аппарат, подключённый параллельно к основному. Он поднял трубку.
— Алло…
— Что? Вернулся?.. Твою мать!.. — услышал он грубый голос, ударивший матом. Саша опешил, не знал, что отвечать.
— Алло! Ты слышишь меня?!
— Да…
— Немедленно приходи в Девяносто Первое отделение!
— А это — кто?
— Хрен в пальто! Там узнаешь! — Последовала нецензурная брань.
— Я не пойму вас… — ответил Саша. — Почему вы ругаетесь?
— Что?!! — Мат полился потоком.
Саша вспомнил слова Санитара: "Я попросил прислать повестку — начали угрожать, ругаться матом…"
— Теперь понял? — услышал он.
— Пришлите, пожалуйста, повестку, — стараясь быть спокойным попросил Саша и, не дожидаясь ответной реакции, положил трубку.
Наступила тишина. К голове прихлынула кровь. Он откинулся на диване. Пытаясь унять дрожь, он приблизил свои пальцы к глазам, наблюдая, как они сами собой подёргиваются.
"Только не надо бояться…" — сказал он себе. — "Иначе пропал!"
Минут через десять в коридоре за дверью зазвонил телефон…
