– Вы рассуждаете и судите с позиции здравого смысла. Не учитываете человеческий, личностный фактор. Я знаю: вы стараетесь. Но научиться этому почти невозможно.
– Спасибо вам, Кэрол. Ваши замечания – они много значат для меня. И дальше, если вам не трудно, останавливайте, поправляйте меня.
– Вы умница, Айрис. Обязательно все у вас получится. И не сомневайтесь – всегда помогу вам.
– Еще раз благодарю. А теперь давайте свяжемся с Патнэли. Не станем тянуть с хорошим делом.
Как и ожидала Айрис, Патнэли с пониманием отнесся к ее инициативе психолингвистического анализа сообщений Следопытов. А уж что касается Кэрол – был просто рад.
– Благодарен вам, Айрис. Привлечь в Группу такого сильного специалиста – большая удача. Мы найдем подходящего архитектора – архитекторами называли Айтишников, способных разрабатывать самые филигранные, изящные программы. – И уважаемая Кэрол сможет приступить в любое удобное для нее время.
Загружая себя работой, стараясь всюду успеть, быть полезной и нужной, Айрис будто бежала от себя, от своих неоформившихся – она не могла ни описать, ни объяснить их – чувств, от своих тревожных мыслей. Хлопотунья сколько раз в эту первую для Айрис зиму подходила к ней и со странной – откуда она только у ВИСМРы взялась – интонацией докладывала о том, что и давление, и пульс у Малышки нестабильны, что анализы говорят о ее нестабильном состоянии – то перевозбуждение, то – апатия. Айрис лишь отмахивалась от слишком – да, становящегося слишком навязчивым – внимания. Объясняла Хлопотунье, что сейчас, именно сейчас, она очень, чрезвычайно занята важными Проектами, и уходила на лыжную прогулку. Она как-то незаметно для себя выучилась прекрасно ходить на лыжах. И зачастую отправлялась одна в длительные «путешествия» по окрестностям Поселка. Фрэнк, неизменный Фрэнк всегда был рад присоединиться к Айрис, в какое бы время она его ни позвала. Он, Фрэнк, оказался отличным партнером и, как ни странно – почему для меня это странно, удивлялась сама себе Айрис, – прекрасным рассказчиком. По просьбе Айрис Фрэнк рассказывал ей о своем детстве и о жизни до Экспедиции, об Отряде Рейнджеров и, не совсем «четко», о том, почему согласился участвовать в Экспедиции. Эти живые рассказы – голос, манера говорить, сам рассказчик, окружающая природа – давали Айрис гораздо больше, чем все вместе взятые документы библиотеки ГеККа. С Фрэнком было хорошо, надежно, интересно, иногда даже весело. Но в последнее время Айрис предпочитала ходить на лыжах одна. Достаточно, что от посиделок с Кэрол и Эммануэль, их совместного посещения концертов – теперь к ним присоединялся и доктор Серж-Симеон – отказаться она никак не могла. Сталкиваясь с жителями Поселка то там, то сям, невольно втягиваясь в бытовые проблемы и разговоры, Айрис пришла к выводу, что в основном все довольны своей жизнью, тем, что и как происходит.
«Наверное, я не подхожу для нормальной жизни. Никогда не смогу быть как все», – как-то, почти против воли вырвалось у Айрис в разговоре с Кэрол. Они вчетвером были на концерте. Бортич-Бови смог, наконец, осуществить свою давнюю идею – мечту. Цикл небольших, как он их назвал, Общеобразовательных концертов – Образов. Для этого ему, правда, пришлось обратиться непосредственно к Борну. Эрин – и он был всецело уверен в своей правоте – отказывался выделять ОбРов для создания «игрушек». Игрушками всемогущий Руководитель Карго назвал музыкальные инструменты, изготовить которые требовал Бортич-Бови.
– Прошу совсем немного – виолончель, альт, контрабас, две скрипки – первую и втору. Вместо рояля мы сможем обойтись небольшим органом. У нас-то и людей нет на полноценный оркестр. Но музыка, особенно в нашей ситуации, должна звучать вживую. Вам, как психологу, это должно быть понятно как никому.
Руководитель Команды – какая же это команда – «три калеки» – всматривался в бесстрастное лицо Борна.
– Эрин вам отказал. И, судя по выученной наизусть речи, не раз.
– И не два, и даже не четыре, Борн!
– В чем-то Эрина можно понять. Но, если мы печемся о пользе, о здоровом настроении для всех Пионеров, он, на мой взгляд, не прав.
– Так, может быть, вы с ним поговорите?
– Приказывать Эрину – да он может и не подчиниться, – действовать «через голову» Совета мы не будем. Вы получите приглашение на ближайшее Заседание Совета, уважаемый Бортич-Бови. Я на вашей стороне. Сможете убедить остальных Членов Совета – получите инструменты.
Перед началом первого концерта из задуманного им цикла во вступительном слове Бортич-Бови рассказал, практически изобразил ее в лицах – историю появления инструментов.
– У нашего Карго прекрасные специалисты. Как архитектор, так и исполнители. Инструменты звучат великолепно. У вас будет возможность самим в этом убедиться, – добавил он, уступая место на небольшой сцене оркестрантам.
