Нестройные, царапающие слух вопли огласили площадку.
- Нет, так у нас ничего не получится, - один из тех, кто ходил за жаровнями, выскочил из круга и подскочил к регулятору. - Вот так будет лучше, - сказал он подкрутив ручку преобразователя.
Площадка для опытов призрачно замерцала.
- Ты что сделал?
- Молчи, я знаю, что делаю, - парень вернулся обратно в круг. - Я видел, как Орд однажды эту ручку подкручивал.
- Дед её не касался.
- Дед вечно что-нибудь забывает.
- А ты знаешь, что во время опыта круг ни в коем случае нельзя покидать?
- Это во время, а опыт то у нас ещё не начался.
- Эй вы, давайте петь.
- Что? А-о-а?
Любитель медитаций произнёс:
- Петь можно всё, что угодно. Важны не слова, а интонация. Произносимые звуки должны порождать определённую вибрацию...
- Всё. Ни слова больше. Всё ясно.
В течение следующих 15-ти минут им всё же удалось породить нужную для искажения пространства вибрацию. Для этого перепробовали всевозможные комбинации звуков, но наибольший эффект дала одна очень старая песня: "Броня крепка и танки наши быстры", и то только после того как все надышались источаемого раскалёнными жаровнями дурмана.
В глазах у всех потемнело, в ушах зазвучал давящий на барабанные перепонки мерный гул. Слова песни, странным образом искажаясь, стали едва доходить до начавшего меркнуть сознания.
Сергею подумалось, что по методичке в какой-то момент церемонии (может быть в этот?) следует предпринять особые меры по безопасности.
Что это за меры и в чём их особенность Сергей, хоть убей, не мог вспомнить.
Пространство вокруг них, подверглось значительным искажениям. По площадке, огибая линии набросанные мелками, заструились зелёные молнии. Воздух потяжелел. На какое-то время стало трудно дышать. Лица партнёров смазались, будто их поглотили вечерние сумерки. Тяжесть влилась в мышцы, прокатилась по позвоночнику и застыла в ногах, приковав их к полу.
Сергей кожей почувствовал, что что-то не так. В методичке не описывались ни муть в голове, ни тяжесть в желудке, ни холод, ни жар, попеременно обволакивающие их тела, ни вибрация, мелкой дрожью обхватившая площадку.
- А в чём, собственно, заключается суть нашей лабораторной? Что мы в ней должны сделать? - спросил кто-то.
- Два тебе. Не вздумай только сказать нечто подобное деду, а то экзамена тебе как ушей не видать,
- Нет, я серьёзно. Вот кое-что мы сделали, а дальше что делать-то?
Как выяснилось никто "что дальше" не знал. Тяжеловесные абстрактные определения, обозначенные в их отчётах как "цель работы", света не проливали. После кратковременного обсуждения было решено считать цель работы достигнутой. Все пришли к выводу, что хватит страдать маразмом - пора возвращаться. Проблема была только в одном: как это сделать никто толком не знал.
- Надо вернуть пространство к обычному состоянию.
- М-м-м. Каким образом?
- Давайте выкинем кого-нибудь за пределы круга, - предложил долговязый очкарик. - Энергетические потенциалы стабилизируются. Произойдёт определённая пси-разрядка и мы все вернёмся в лабораторию.
- А ты знаешь, что покидать круг во время перехода крайне опасно?
- В пятой группе так делали.
- В пятой группе с собой брали кошку.
- А в чём разница? Кошка всё равно осталась жива.
- Да, с неё потом только шерсть клочьями повыпадала.
- А что вы предлагаете? Или мы вечность здесь будем стоять?
- Так, кого будем выкидывать?
- Того, кто предложил.
- Нет, так не пойдёт!
Говоруна подхватили под руки и подтащили к краю круга.
- Ребята, я ж пошутил! Выкидывать за круг никого конечно ж нельзя. Может так долбануть - на всю жизнь калекой останешься.
Говоруна отпустили.
- Ну, что будем делать?
Сергей предложил:
- Давайте продолжать эти идиотские песнопения. Только пробуждать нам следует не вибрацию, а наоборот, дисбаланс - чтобы нас вытеснило в простое пространство.
Других предложений ни от кого не последовало. Все стали петь, старательно травмируя слух друг друга полным отсутствием каких-либо вокальных данных.
Говорят, что Вселенная представляет собой один большой высший разум. Если это действительно так, то они этот разум своим пением похоже достали - он взбунтовался.
Пространство вокруг них затрещало, по телам промчалась вибрация. Их приподняло, встряхнуло и шмякнуло наземь.
Через пять минут, сильно замёрзнув и уняв слабость в мышцах, отдышавшись и поборов головокружение, они смогли оглядеться и только тогда уразумели, что их выкинуло на вечно зелёную клумбу перед входом в их Академию.
Когда они вернулись в лабораторию, Орд - доцент, отвечающий за проведение лабораторных работ - был бледно зелёным. Он стоял перед площадкой для опытов. Его мелко трясло, на лбу проступила испарина, в глазах бился испуг.
Пропали. Чёрт возьми. Куда то пропали. Группа из восьми человек. Это уже вам не шутки. Это ЧП большого масштаба.
Подошедшие студенты, трясясь от озноба, застыли на почтительном расстоянии. Подойти к Орду никто не решался. Подойдёшь, а его вдруг хватит удар, или наоборот, раскричится и потянет тебя в деканат объясняться.
Сергей первым осмелился нарушить молчание - он громко чихнул.
- Апчи!
