Польские правоохранители, изучив предоставленные СКР материалы на него, признали только предъявленные бывшему зампрокурора обвинения в получении взяток в особо крупном размере (ст. 290 УК РФ). Мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ), по мнению поляков, их арестант совершить не мог, в силу неадекватной реакции его организма на лунные циклы. В период новолуния он точно не мог участвовать в руководстве сложной сетью игорного бизнеса, поэтому польская сторона решила, что, пользуясь этим хроническим заболеванием Романенко, российские правоохранительные органы хотят спихнуть на несчастного чужую уголовную ответственность. Признание этого факта СКР стало одним из условий экстрадиции, поэтому вменять Александру Романенко эпизод мошенничества теперь не сможет и российское следствие.
Будучи в польском изоляторе, Александр Романенко перед каждым новолунием добивался встречи с российским следователем по «игорному делу», а когда стало ясно, что допрос не состоится, направил в СКР по почте заявление, в котором подробно изложил свое видение ситуации. Однако в СКР этот документ в качестве протокола допроса обвиняемого не приняли, поскольку невозможно было идентифицировать почерк обвиняемого и, соответственно, установить авторство документа. Все документы, изъятые в ходе обыска в служебном кабинете Александр Романенко, были сильно повреждены зубами предположительно кавказкой овчарки, которую бывший заместитель прокурора области мог тайком провести в свой кабинет.
— Что это за хрень? — спросил гость, начиная терять терпение. — Псориаз, новолуние, шерсть в пакетике… Что у вас здесь происходит? И почему Романенко, как все нормальные люди, в Лондон не сбежал? Его бы оттуда не выдали, английский он знает, какого черта его в Польшу потянуло?
— Ну, не знаю, — уклончиво ответил прокурор. — Эта писательница по маме полячка, наверно, сама мечтала в Польшу от нас сигануть, вот и приписала это Романенко. А этот дурак поддался влиянию… Понятия не имею! И главное, когда Сашу назад экстрадировали, он заявил, что забыл русский язык, потребовал себе польского переводчика. Хотя сам воспользовался 51-й статьей Конституции, чтоб показания на себя не давать, но на все вопросы отвечал «не вем» по-польски. С адвокатом говорил порусски без проблем!
— Да, а что это за писательница? Ты с ней сам разобраться не мог? — выходя из себя, зло поинтересовался гость.
— У тебя никогда не было… такого… дежавю? — тихо спросил прокурор. — Будто ты что-то делаешь, но раньше ты это уже где-то читал… или знал, что это уже написано…
— Ты же знаешь, что такое у всех бывает от нервов, — отмахнулся от него гость, но, что-то рассмотрев в листочках, которые продолжал держать в руках, прочел вслух: «А когда главу районного следственного отдела спрашивали, почему он упорно возбуждает уголовное дело, если прокуратура каждый раз отменяет его постановления о возбуждении очередного дела в отношении владельца казино, он с некоторой долей растерянности отвечал, что не может не возбуждать, будто это ему «прописано». Каждое утро он вставал с постели с твердой решимостью больше не возбуждать никаких уголовных дел, но шел и опять их возбуждал из какой-то фатальной обреченности. Подняв красные от бессонницы глаза, он спросил корреспондента «Областных Ведомостей»: «А у вас никогда не было такого дежавю, будто все, что вы делаете, вы уже раньше где-то читали или знали, что это уже написано?»
— Ты, Лев Иваныч, не читай вслух, еще хуже будет! — предупредил его прокурор. — Мы тут голову ломали, как все-таки закрыть очередное уголовное дело, основанийто никаких, а все, что приходило в голову, уже раньше перепробовали. Решили посмотреть, что там написано. А там довольно точно перечислялись все доводы по отмене предыдущих постановлений, а про наш случай говорилось, будто мы написали, что «обвиняемый «добровольно и окончательно отказался от приготовления к совершению преступления», в связи с чем не подлежит уголовной ответственности». Плюнули на все условности, да так и написали в тот раз.
— Я дальше такое вообще читать не стану, пока ты не объяснишь, что это такое и зачем ты меня вызвал так срочно? — жестко заявил старик. — Мало того, что перед охраной личность спалил, да еще сказочки подсовываешь? А тут выясняется, что ты постановления по этим сказкам пишешь!..
