— Управляемой ракетой с термобарической головной частью, мэм. Для моего напарника, и для… всей группы, которую нам удалось забросить в страну. Мне едва удалось уйти, это была чистая случайность.
— Интересно… почему же вы не попытались довести дело до конца, капитан?
— Мэм, после того, как русские поджарили моего напарника, я залег на дно. Через день — видимо, русские разобрали развалины и сосчитали тела — моя фотография была у каждой полицейской ищейки. Они поняли, что кого-то не хватает, и они знали, кого именно. В этой ситуации — мне не дали бы приблизиться к цели.
— Вы утверждаете, что вас подставили?
Капитану внезапно пришло в голову, что если у службы проблемы, то он… и может быть их источником. Если началась внутренняя проверка, если опять есть подозрение на русского крота в Службе — то он неплохая кандидатура на эту роль. Человек, проваливший особо важное задание, единственный оставшийся в живых из всей группы. Все погибли — а вот он не получил ни царапины и каким-то образом ушел из страны. Из страны, в которой по его же собственным словам его фотография была у каждой собаки. Это наводит на размышления, и если кого-то нужно показательно принести в жертву…
— Мистер Миниц собирает сейчас чемоданы — словно читая мысли капитана, ответила Макинтайр — по причинам, которым вы вскоре поймете. В отношении вас никаких обвинений не выдвигается. Однако, вы нам нужно для того, чтобы раз и навсегда решить вопрос с изображенным на фотографии индивидуумом.
Мисс Макинтайр дотянулась до фотографии на столе, положила ее перед собой.
— Итак, перед нами князь Александр Воронцов, шестьдесят пятого года рождения, то есть ему сорок четыре года сейчас. Идеальный сплав опыта и сил, самое продуктивное время. Напомните мне, капитан, предельный возраст для службы в боевых подразделениях типа Специальной авиадесантной службы?
— Сорок лет — ответил капитан Риц-Дэвис — после сорока лет ты годишься лишь на то, чтобы перекладывать бумажки и командовать другими людьми.
— Тем не менее, есть случаи, когда офицеры этого возраста переходят в другие подразделения на командные должности, есть те, кто становится наемниками и лишь для того, чтобы избегнуть ухода на покой.
— Да, мэм, такое есть.
Макинтайр удовлетворенно кивнула
— Князь Александр Воронцов… — произнесла она с расстановкой, будто взвешивая каждое слово — потомственный дворянин, его то ли дед, то ли прадед, кажется прадед погиб во время бомбардировки Скапа-Флоу. Дед, несмотря на то, что ему за девяносто — еще активен, советник при Адмиралтействе, генерал-адмирал. Отец — причинил нам немало неприятностей, погиб в Багдаде во время массовых беспорядков на должности генерал-губернатора. Кстати, князь Воронцов в каком-то смысле ваш коллега, только званием выше. Он начинал в подводных диверсионных частях, слышали?
— Слышал, мэм.
— Подготовка скачала на Черном море, потом на Балтике. Каким-то образом оказался в Бейруте в девяносто втором, возможно, что не случайно и причинил нам серьезные неприятности, даже более — поломал нам игру. Мы тогда не оценили всю его опасность — и поплатились за это в последующие годы, когда он работал под прикрытием в Ирландии. Его легендой была легенда детектива Особого отдела Королевской полиции Белфаста Александра Кросса, под ней он работал четыре года сразу на два фронта. На первом он боролся с террористами, причем довольно успешно, если его приговорили к смерти. На втором — он тайно поставлял им русское оружие и совершал террористические акты против британской армии, и все это он тоже делал довольно успешно. Мы, британцы, не можем понять такого — но специалисты по России проконсультировали меня. Русские не могут ничего делать наполовину, если они берутся что-то делать — то они делают. Вот почему Воронцов боролся с ИРА так же беспощадно и самоотверженно, как помогал ей. Странно, но это так.
Бернштейн беспокойно пошевелился в кресле. Видимо, для него понятие «самоотверженность» было глубоко чуждым.
— Далее, на какое-то время князь Воронцов пропадает из поля зрения, известен только его петербургский период службы, несколько… скандальный. Затем он совершенно неожиданно получает очередное звание и отправляется служить послом в Персию. Это как раз в тот самый момент, когда нами была активизирована часть глобального плана, направлена на уход России из Персии. Этот план князю Воронцову так же удалось сорвать, хотя и не без серьезных потерь для России. Новый Император — его друг с детства, назначил его гражданским и военным наместником в Персии. На этом посту князь пробыл не такое уж длительное время, но сделать ему удалось многое, и вам это известно, как никому другому в этом здании.
Капитан кивнул
