– Отдать вам этот шприц? Вы так и не сказали, отчего я чуть не умер.
– У тебя началась аллергическая реакция на снотворный препарат, который мы тебе вкололи, чтобы ты спокойно пошёл с нами. – Я объяснял, пока набирал шприц.
– Что? – Разозлился Том. – В детском доме все знают, что у меня ужасная аллергия на всякие там успокоительные! Ну вы даёте! Чуть не убили меня!
– Прости. Вот тут. Твоя доза. Это поможет до того, как твой друг не прибежит.
– Друг? – Не понял Том, но я, возбуждённый от приближавшихся событий, уже не слушал его. – Нет у меня никаких друзей.
Я передал Тому шприц, а сам отвернулся и принялся прибираться на столе – нужно было разложить всё по местам. Том сказал:
– И что это? Обычный шприц. Вы возьмёте его у меня и даже не поверите, что это лекарство! И всё будет напрасно, надо его подписать.
Том принялся возиться рядом со мной на столе, но я не особо смотрел на него. Очень зря. Когда я уже заканчивал с раскладкой лекарств, я сказал ему:
– Ну всё, Том, когда будешь готов, вставай сюда, я нажму на кнопку и отправлю тебя.
Том встал передо мной:
– Я готов!
– Отлично, нажимаю.
Я уже нажал на кнопку, но в тот момент, когда Том начал словно растворяться в воздухе, в мои глаза бросилось что-то очень странное. Что-то, от чего волна мурашек накрыла всё моё тело. Я узнал его! Узнал этого Тома. Почему же я, дурак, сразу же не догадался?
Том растворился в воздухе за пару секунд, а я даже пикнуть не успел. Его не разорвало. Он пережил прыжок. Ну конечно же, он пережил. Конечно же, я уже знал, что всё будет хорошо и что он вернётся! Я же узнал его, это был он!
Растворившийся в воздухе Том держал в руке шприц со смешной этикеткой на нём: «противоядие» …
Я пробыл без Тома в кабинете вряд ли больше пяти минут. Но за это время миллион мыслей успели пронестись у меня в голове.
Во-первых, самая главная мысль – машина времени заработала! Это точно. Том первый и единственный человек, кто не умер в ней сразу, он растворился в воздухе, а значит, машина его перенесла. Ещё один факт в пользу этого – я видел его прошлой ночью. Это он подал мне шприц. Я, конечно же, сразу его не узнал. Но теперь я всё понял, это был он, прошлой ночью это был Том. Я узнал и этот плащ, и эту шляпу, но самое главное, я узнал этот шприц с этикеткой. Ошибки быть не могло – Том переместился в прошлое и дал мне шприц, подготовленный мной же несколькими часами позднее. Парадокс! Это удивительно!
Во-вторых, моя догадка о том, что дополнительная цепочка ДНК влияет на возможность прыжков во времени, подтвердилась. Все прошлые испытуемые умирали, но Том… у него совершенно другая ДНК и он смог прыгнуть. Я понял, что люди с этой цепочкой долго не живут, а это значит, перед мной встаёт самый главный вопрос: если Том спасён сейчас, обозначает ли это, что теперь он в безопасности и ему ничего не угрожает? Сможет ли он жить дальше как обычно, или ему ещё ни раз придётся умереть и спасти себя? Что же, на этот вопрос я пока ответить не могу, время покажет. Самое главное, что дело сдвинулось с мёртвой точки и теперь я могу изучать машину времени уже на другом уровне! И Том мне в этом поможет.
В-третьих, нужно решить, что я скажу своим коллегам. Ни в коем случае нельзя рассказывать им о машине и Томе. Пусть себе и дальше изучают ДНК, а я в это время буду изучать Тома с другой стороны.
Что же дальше будет с машиной? Явить ли её миру? Или держать в секрете? Изучать всё самому или довериться кому-то и изучать вместе? Как поступать с Томом и ему подобными?
Вопросы роились у меня в голове, но их прервал странный высокочастотный писк, я закрыл уши руками, потому что голова у меня пошла кругом от этих звуков.
А ещё через секунду из ниоткуда материализовался Том. На нём лица не было, он был очень бледным и ноги его подкосились. Я вовремя подбежал, чтобы подхватить его мягкое тельце на руки.
Я перенёс его на кушетку, где несколькими минутами ранее (неужели это правда было так недавно) и снял с него этот дурацкий плащ и шляпу. Том еле дышал, старался что-то мне сказать, но только открывал рот, как рыба. Наконец, я разобрал:
– … такое увидел, мистер Скот…
– Том, – попросил я, проверяя его пульс на запястье. – Успокойся, отдышись.
Не успел я договорить, как Том перехилился через кровать, позеленел и в мгновении ока исторг из себя всё, что было у него внутри.
– … простите…
– Ничего, потом уберут, – успокоил его я. – Что у тебя с голосом?
Том потёр себе шею:
– Мне бы тоже хотелось это знать. Вроде уже получше. Но там… там… мистер Скот. Что же это выходит? Вы сказали «друг», но нет у меня никаких друзей. Я один во всем мире и никому не нужен. – Его забило мелкой дрожью, и я поспешил уложить его обратно. Он продолжал, голос его из хриплого уже превращался в нормальный, а из глаз покатились слёзы. – Что же это получается, я сам себя спас? Только я один есть у себя и могу спасти? А если бы я не успел? А если бы вы не успели, мистер Скот?
