Мог ли быть одной из таких целей тот корабль, что вслепую строил Роджер Мур?
Легко.
Хотел бы он помешать этой грандиозной стройке, если бы вдруг захотел?
Признаемся себе честно, и не сумел бы, да и зачем ему это.
А вот хотел бы он делать своё дело уже не вслепую?
Советник открыл коммуникатор в приватном режиме и принялся формулировать. Кому он собирался это отправлять?
Говорят, интервеб анонимен, но транспарентен для любого желающего. Если это действительно Корпорация, они сами получат его сообщение, когда настанет время.
Радиус Гуанчжоу-Чжаньцзян, на мой вкус, был самым неприветливым местом на этой планете. Две сотни миллионов населения, сложная чересполосица зон, подконтрольных «Янгуан» и «Три-Трейду», дикое количество промышленной заброшки времён Большого эксперимента, связанная с этим жуткая экология и да, стройные ряды башен первой волны застройки, по пояс увитые коммуникационной сетью.
Слинкеры называли эти двести километров вдоль побережья «поляной», настолько вольготно здесь чувствовал себя любой представитель нашей уважаемой профессии. Корпоративная вольница на руинах прежних автономных районов, зашкаливающий уровень коррупции и банального разгильдяйства на местах, общая плотность застройки плюс обилие «серых», ничейных объектов превращали «поляну» в азиатский филиал Центральной Африки времён Чёрного бума.
Для слинкера тут всегда была работа, а уж за деньгами дело и вовсе не стояло — пожалуй, богаче был только волшебный Бохай или Острова, но и там, и на западном полушарии было куда строже с порядком. Слинкерам даже моей весовой категории там приходилось попотеть просто чтобы выйти на точку, любой шаг за пределы корпоративных правил был сопряжён с заметным риском, не говоря о финансовых расходих, а уж организации, подготовки и технического оснащения требовал адового.
И тем не менее, я предпочитал работать там, а лучше — в бардачном Босваше или развесёлом Сан-Паулу. Только не радиус Гуанчжоу-Чжаньцзян, только не треклятая «поляна». Там тебя, конечно, не ждут с распростёртыми объятиями, большинство корпораций разыскивает тебя под десятью разными личинами, а где-нибудь на территории коммунидадес пристрелят, не задумываясь, но там всегда всё просто и понятно. Личные интересы, тёмные делишки, крышевание преступлений, киднеппинг, наркотрафик, банальный адюльтер, скукота. В корпоративные дела я вообще никогда не лез.
Но «поляна» была про другое. Тут всегда было и небанальнее, и жёстче.
Если адюльтер — то сразу гарем на две сотни голов, если воровство муниципальных средств — то на местности, бывало, исчезали целые призрачные города, если убийства — то в масштабах, больше похожих на небольшой геноцид, если производство запрещённых веществ и устройств — то в масштабах всего континента.
«Поляна» была совершенно дикой, в немыслимых объёмах поставляя на рынок человеческие пороки. Так что лез сюда я только по крайней необходимости. Вот и теперь, знал бы я, чем закончится дело, отказался бы с самого начала. Но теперь-то чего, полгода грязной работы и сто лет как потраченный аванс не вернёшь, так что когда клиент дёрнул с вещичками, я даже не задавал себе вопросов, куда он в итоге намылился. Здесь, без пристальных взглядов камер и вездесущих биосканеров, было удобнее всего отсидеться.
Ему удобнее, мне удобнее, всем удобнее.
Но всё равно было не по себе. По опыту я знал — здесь что угодно могло пойти не так.
Башня, где я устроился, считалась жилой, но по факту тут оставались целые уровни, населённые исключительно крысами. Крысам, впрочем, хватало ума от меня успешно прятаться. Но не их погадкам. Я поплотнее сунул в ноздри канюли и вернулся к наблюдению.
Клиент пребывал на месте. Во всяком случае его тепловой контур, различимый сквозь прикрытые жалюзи. Сгорбившись над внешним терминалом (ишь, какой хитрец, тихариться вздумал), он продолжал строчить. Надеется отмазаться, как же.
В углу моего поля зрения ползла длинная череда иероглифов на ломаном пунтухуа. Не, цао ни ма, с такими коммуникативными талантами ты вопросы не порешаешь. Впрочем, его проблемы меня волновали в последнюю очередь. Дело слинкера — проследить, и в моих интересах, если честно, было бы сделать так, чтобы его уже поскорее взяли за мягкое. Тогда и контракту конец. Но, цао, так низко я ещё не опустился, задаром клиента подставлять, сколь бы он мне ни был омерзителен.
Так, что это у нас за движение?
