Так я сидела, размышляла и жевала бутерброды пока по микрофону не вызвали меня и еще пару человек к декану.
— Черт! А если они узнали?.. — Испугалась я.
Идти было страшно, но не придти было бы странно. И я пошла.
Около его кабинета уже выстроились другие студенты. Ни кто не знал из-за чего это собрание и все перешептывались, выдвигая свои версии.
— Юна, пройди в кабинет, — меня первую подозвала секретарша декана. Светленькая худенькая девушка лет тридцати на вид. Мы ее прозвали золушкой за ее упорный труд. Она идеальная секретарша. Приходила раньше декана, а уходила позже. Бегала везде по его поручениям.
На дрожащих ногах я медленно вошла в кабинет. Мистер Кели Ворк сидел в кресле спиной к дверям. И смотрел в окно.
— Заходите, мисс Май! — произнес он, услышав мои шаги, и развернулся ко мне.
— Мистер Ворк, я что-то натворила? — Попыталась уточнить я.
— Нет, что Вы! Я по другому делу всех вас вызвал. Вы же знаете, что каждый год правительство проводит бал маскарад в честь праздника разделения материков? — Начал он.
Я неуверенно кивнула.
— Так вот, в этом году они решили пригласить всех лучших студентов вузов! И Вы приглашены, мисс Май! — Выпалил он.
— Но, я же не лучшая! У меня меньше пятидесяти баллов по двум языкам, — ответила я.
— Это ничего, Вы лучшая в творческом плане. Можно сказать гордость ВУЗа! И они это заметили, — объяснил мистер Ворк.
— И вот Ваше приглашение, — он протянул мне электронную чип-карту на бал.
Отказаться от участия нельзя. Это считается антиполитическим актом. Меня тогда по судам затаскают. И пойти для меня смерти подобно. Поэтому из кабинета я вышла как будто меня и правда отчитывать вызвали. Чем я напугала остальных.
— Май, ты чего? Отчитал? — Спросила Она, увидев мой шокированный взгляд.
Она Ожич, наша староста и лучшая на потоке. Конечно же, она тоже приглашена.
— Да, что? А нет! Зайдешь, узнаешь! — Ответила я и вылетела из приемной.
— Что же делать, что же делать? — Шла я и думала.
Выхода все равно нет. Придется идти. Может я вообще зря переживаю, мы же все будем в масках. Даже если я сорвусь и кого-то успокою случайно, то смогу быстро затеряться в толпе. Главное надеть платье не сильно броского оттенка.
Лия Райс
Сегодня я решила устроить себе пробежку вдоль берега. Море было на редкость спокойным, и лишь изредка легкая волна прилива накрывала песок и смывала мои следы.
Я даже не стала слушать музыку, хотелось этой морской тишины с легким шорохом воды.
Когда первые лучики июньского солнца осветили берег, у моря стали появляться отдыхающие. Удивительно, было еще достаточно холодно, дожди чуть ли не каждый день накрывали город, но днем пляж был забит людьми. И лишь на время дождя он пустел.
Я села на песок у самой воды, закрыв глаза, и вдыхала воздух.
— Так хорошо и не хочется возвращаться в центр, — подумала я. В такие минуты радуюсь, что все же не продала этот дом.
Дом у моря — это мое наследство от настоящих родителей. Забавно, я много лет не знала, что мама с папой приемные. Они так долго молчали, берегли меня. Говорят, меня нашли идущей по трассе. Мне тогда было три года. Но я совсем ничего не помню. И вот пару лет назад я вдруг все узнала.
Оказывается, мои приемные родители знали кто я, из какой я семьи. Конечно, вначале я для них была просто найденыш. Но через какое-то время их нашел адвокат моего настоящего отца и рассказал, что мы попали в аварию, и выжила только я. Так дом перешел к моей новой семье. Но мы никогда сюда не приезжали. И только когда мне исполнилось двадцать, родители вручили мне ключи и рассказали все.
— Прости нас милая, что так долго молчали! — говорила мама
— Мы с мамой просто хотели, чтоб у тебя было настоящее детство. Без этой жуткой правды. Хотели подарить тебе семейное счастье, — объяснял отец.
— Все нормально. Я даже рада, что не знала всего этого. Я ведь все равно ничего не помню. И их тоже… — На этом месте мне стало немного грустно.
Я не помню своих родителей! Это вообще нормально? Каждый раз терзаю себя за это когда вспоминаю.
И сейчас эта мысль не дает мне покоя. Надо порыться в доме, поискать голографии или фотографии. Хоть что-то. Что восстановит мою память. Но точно не сегодня. Пора возвращаться в центр. Кол уже должен был съехать. Если конечно у моего, бывшего уже, парня есть совесть.
С моей подругой… В моей кровати…
Наверное, я могу простить все, кроме предательства и измены. Поэтому у меня нет больше подруги и нет больше парня. Лучше так. Одной.
Как вспомню его объяснения, так плакать хочется. Слезы просто сами катятся. Он говорил, что любит, что просто оступился… А я чувствую, что это не правда. Меня нельзя обмануть! Он об этом, конечно же, не знает. Я вообще такое никому не рассказывала.
Это случилось три года назад. Родители тогда уехали жить на Американский материк, и я осталась одна. Нет, они меня не бросили, просто папе предложили крутую должность в одном из филиалов фирмы, в которой он работал. Они долго думали с мамой. Очень долго. Это тяжело вот так резко изменить все. Ведь самолеты туда летают раз в полгода. Такие меры предосторожности против вируса.
