Не понимаю, как это произошло. До этого у меня уже были травмы. Футбол дело такое. А в этот день мы долго тренировались. В какой-то момент я оступился и потом резкая боль в колене. Я даже не понял, что случилось. В одну секунду мне как будто разорвало чашечку. Ребята говорили, что я вывернул ногу, когда оступился. А я этого не помню. Боль заглушила все. Потом меня быстро увезли с поля в больницу. А через пару дней я узнал, что играть больше никогда не буду.
Я, конечно, успел заработать денег. Даже после лечения остались сбережения. Но я же не могу всю жизнь сидеть дома! Вот сейчас у меня целых десять часов решить, чем заниматься.
Хотя, наверное, раньше надо понять, куда возвращаться. Отец умер через год после моего отъезда. Я даже не смог приехать на похороны. Вот такие у нас жестокие законы. Говорят, проще было до вируса. Тогда люди могли летать в Америку каждый день. Возможно, я бы сейчас возвращался жениться, если бы законы остались прежними. А так, пришлось расстаться с самой красивой девушкой Евстралии.
Ев, так ее звали, когда мы встречались. Мне тогда было двадцать два, а ей восемнадцать. Познакомились мы довольно необычно. На одном из матчей устроили целый концерт. И она там играла на рояле. Вся такая изящная, Ев сидела за инструментом в белом блестящем платье, а ее русые длинные волосы спадали с плеч до самой земли.
Музыкальный инструмент поставили прямо на поле, и на фоне зеленой травы она смотрелась превосходно. Как будто фото из журнала. Черно-белая девушка за черным роялем и зеленая трава.
Когда концерт закончился, я прямо в форме вышел к ней с цветами. Меня отправили подарить ей букет белых роз от всей команды.
— Это Вам прекрасная леди, — первое, что вырвалось у меня.
Она взяла цветы из моих рук и улыбнулась. И я не устоял!
— Что Вы делаете сегодня вечером? — Сразу перешел в наступление я.
— Это зависит от того, что делаете Вы, — ответила она.
Вот с этого дня мы и стали встречаться. Целый год прошел как в сказке. Даже пожениться хотели. Кольцо, которое я купил, до сих пор лежит где-то среди моих личных вещей. Если отец его не выкинул. Это ведь он уговорил меня согласиться уехать играть за Нью-Йорк Джетс.
— Кай, не позволяй какой-то соплячке загубить твою карьеру! — Первое, что я услышал от него, когда попытался попросить совет.
Меня приглашали играть за Лондон, и я думал согласиться. Но в один день все переигралось и всю команду позвали в Америку. Конечно, я мог тогда плюнуть на всех и сделать как лучше мне одному, но я столько лет с ними играл бок обок.
Я долго думал, почти весь тот месяц, что мы ожидали самолет. До последнего тянул. А потом все же решил, что уеду с ребятами в Америку. Без меня их бы не взяли.
Оставалось сказать все это Ев. И я пригласил ее в дорогой ресторан. Тот самый, где собирался сделать предложение.
— Вау, как тут круто! Кай, спасибо! Только обещай, что мы больше не будем столько тратить на походы в ресторан, — начала она.
— Обещаю, — сухо произнес я. Ведь обещание то я сдержу. Мы не будем этого делать, «мы» вообще не будем уже никогда.
— Я не знаю, что заказать. Никогда ничего из этого не пробовала. Выбери сам! — Радовалась она и щебетала как птичка.
Я кивнул официанту и сделал заказ. Не помню даже, что выбрал. Потому, что мы так и не поели там.
— Ев, я должен тебе сказать, — решил сразу сделать, что думал. Но слова пришлось выдавливать из себя.
— Да милый, что ты хотел сказать? — Опять прощебетала она.
— Ев, черт! Прости, я уезжаю играть за Нью-Йорк! — Выпалил я на одном дыхании, затем взял бокал с водой и сделал глоток. А она словно застыла и несколько минут просто молчала. Помню, как нам поставили тарелки, а она даже не дернулась.
— Ты же говорил, тебя в Лондон позвали? — Первое, что я услышал, когда она вышла из ступора.
— Да позвали. Но меня одного. А в Америку всю команду пригласили. Я не могу так поступить с ребятами. Понимаешь? — Стал объяснять я.
— Сволочь! — Подскочив, Ев заорала на весь зал. Кинула в меня салфеткой и убежала. Больше я ее не видел.
Потом уже в Нью-Йорке я искал информацию о Ев Рами. Но так ничего и не нашел. Она как будто испарилась.
— Молодой человек. Может Вам чаю или чего покрепче? — Перебила мои раздумья стюардесса.
— Да, пожалуй, чаю с бутербродами, если можно, — попросил я.
Девушка улыбнулась мне, подмигнула и умчалась из салона. А я дальше сидел и думал.
Жить придется в доме. Квартиру точно забрали. Она досталась нам от футбольного клуба отца и проходила как служебная. А дом принадлежал его родителям. Там наверно сейчас живет дядя. Брат близнец отца. У него нет детей и, по сути, он мой единственный живой родственник. Больше никого не осталось. Мама была сирота. Дядя Раки тоже спортсмен. Только теннисист. Именно он встретит меня в аэропорту.
— Ваш чай, мистер Вайс! И вот, могли бы Вы подписать это для нас с девочками? Пожалуйста! — Поставив поднос на столик, девушка поднесла целый журнал с моими фотографиями.
— Да, конечно. Только зачем Вам это теперь. Я же уже никто! Пустое место! — Черкнув в нескольких местах, съязвил я.
