Не успел разлепить глаза, как услышал звонок в дверь. Кто-то названивал и дергал за ручку. Я какое-то время еще повалялся, затем не выдержал и пошел открывать.
Ко мне влетела та сама Ая. Видимо ей уже сообщили приятную новость. О том, что ей придется жить со мной в одном доме.
— Понт, ты обалдел!? Я там полчаса названиваю! Мне сказали ты дома! — Возмущалась эта малявка. Еще и разговаривала так со мной, как будто я ее братец.
— А какого, ты вообще явилась?! — Тогда выпалил я. Меня вообще раздражала вся эта ситуация с хранителями. Не хотел я никого больше в моем доме!
— Не будь придурком! Лучше помоги чемодан втащить! — Дергая за ручку огромной сумки на колесах, прорычала она.
— Ты что, ограбила Кора? Чего такой чемодан большой? — Пошутил я, когда заносил его в прихожую.
— Где моя комната? — Ничего не ответив на это, сразу пришла к сути Ая.
— Комната? Так со мной будешь спать. Тебе что не сказали? — Решил пошутить я. И пожалел об этом. Малая взяла с пола тапок и швырнула мне в лоб.
— Никогда так не шути! — Прошипела как змея и пошла наверх.
— Дикая штучка эта сестра Кора, — подумал я и улыбнулся.
Тэо Сера
Когда я вошел, Юна уже лежала на полу полностью голая.
— Господи, малышка, ты, когда успела раздеться? — Обратился я к ней. Но она была не в себе.
Увидев меня, снова начала выгибаться и елозить.
— Юна! — Воскликнул я. Затем подбежал и взял ее на руки. Она тут же набросилась на меня с поцелуями. А я изо всех сил отстранялся. Я не мог вот так. Надо было вернуть ее в чувства, чтоб она знала, кто с ней сейчас. Понимала, что произойдет.
Я кое-как уложил ее на кровать, разделся и достал одну запасную иголку из своего браслета. Крепко ухватил ее и замер. Придется уколоть Юну, чтоб через боль вернуть в сознание. Но рука не поднималась.
— Черт! — Выпалил я и воткнул иглу ей в руку.
Юна закричала и широко раскрыла глаза. Иголка выпала из моих рук на пол. И я увидел, как ее радужки посветлели и стали прежнего медового оттенка.
— Тэо, — прошептала она. Я кивнул и взял Юну обеими руками за щеки.
— Будет больно, да? — Тихо спросила она.
Малышка чувствовала, что с ней происходит и сейчас отчетливо понимала, что будет дальше. Понимала, для чего я тут сейчас с ней в таком виде.
Я ничего не ответил, просто кивнул. Тогда Юна погладила меня по голове и тоже кивнула.
— Я тебя люблю, — опустившись ниже, прошептал ей на ухо. Я хотел, чтоб она знала это. Именно сейчас это было важно и ей и мне.
— Я тоже тебя люблю, Тэо, — неожиданно для меня сказала она.
А я, молча, посмотрел на малышку.
— Неужели я ошибся, когда думала, что ей нравится Лео? Но почему она за ним так бегала? А если бы он согласился быть с ней?! — Подумал я. И по всему телу пробежала легкая дрожь.
А потом у Юны опять почернели глаза, и она притянула меня к себе. Крепко вцепилась губами в мои, и я стал слабеть.
— Тише я же упаду раньше времени, — оторвавшись от ее губ, произнес я. Но она уже ничего не слышала и не понимала. Просто целовала меня всюду, куда попадал ее озабоченный суккубский рот. А мне было приятно. Так давно не был с женщиной!
Но малышка Юн особенная. И вся эта ситуация непростая. Поэтому надо было попридержать коней. И чтоб утихомирить девушку Я ухватил ее за ладони и поднял их вверх. Она стала елозить и хватать меня ногами за торс. Но мне это не мешало. И теперь уже я сам стал ее целовать везде. Лоб, губы, щеки, шея… Спустился ниже… Я не останавливался. Наслаждался каждым кусочком ее тела. А она по-прежнему не понимала ничего и только озабоченно ныла.
Тогда я решился на рискованный шаг. Нагнулся к ее шее, выпустил клыки, которые уже чесались от запаха ее крови, и, укусив ее, испил желаемый минимум. От укуса малышка очнулась, а я зализал ей рану и она вмиг затянулась.
— Тэо, мне страшно, — услышал я.
— Не бойся, детка. Я аккуратно, — прошептал ей и уже готовился к главному.
Забавно, ее успокаивал, а сам дрожал как будто в первый раз это и у меня.
— Прости, — сказав это, толкнулся одним резким движением. У меня никогда не было таких как она, но как врач я об этом много читал. Знаю, что лучше быстро и резко, чем мучить девушку постепенно.
Юн вскрикнула и по ее правой щеке покатилась слеза. Я наклонился, слизал ее и поцеловал малышку.
— Прости, по-другому ни как, — извинился я. Но это было еще не все. Поэтому я еще раз сделал резкое движение в нее и опять замер. А Юна опять вскрикнула. Потом поднялась и поцеловала меня. И ее глаза опять потемнели, а я стал двигаться. Слабость нарастала с каждым толчком, и я понимал, что надо торопиться. Иначе все было бессмысленно.
Юна стонала и покрикивала. Ее руки уже давно были на моей спине, и она по зверски, царапала меня своими короткими ноготками.
Когда ее накрыло, я изо всех сил собрался, мне надо было успеть прочесть заклинание, чтоб малышка не забеременела. Но я был уже так слаб, что когда пришел к финишу еле успел сделать это. Затем просто упал рядом с ней и провалился в глубокий сон.
Юна май
