Стук в ушах оборвался. Наступила ватная тишина. Склеившиеся легкие вдруг раскрылись и впустили целый глоток вкусного теплого воздуха, пропитанного липовым цветом с примесью вонючего бензина. Алиса хрипела и тяжело дышала.
– Из машины, сказал! – крикнул Марко и снова толкнул ее в плечо.
Сзади ее держал Мика. Это его ладонь у нее на плече. Пальцы разжались, и Алиса отдернула руку.
«Это не он».
– Что? – спросил Мика.
– Что? – отозвалась она.
– Не кто?
«Не ты».
– Из машины, бре! – взревел Марко.
От громкого окрика Алиса инстинктивно рванула ручку двери и вывалилась наружу. Колени дрогнули, и пришлось коснуться ладонью шершавого асфальта для баланса. Она кинула быстрый взгляд за машину, но, насколько было видно, дорога за ними оставалась пустой. Выяснять, что случилось и куда делась погоня, не было времени. Время было только бежать.
Рванули в боковую улочку. Марко подхватил на плечо Ивану, которая не могла бежать босиком. Она до побелевших костяшек держалась за его плечи и мотала головой. Прическа растрепалась, и сейчас Ивана была похожа на любую из вчерашних школьниц, которые в три часа ночи вываливаются из клубов-дебаркадеров на Саве и держат друг другу волосы, пока подруг тошнит в траву или на тротуар. Госпожа Мария, на удивление, бежала сама, по-спортивному работала локтями и держала спину. Алиса догоняла. Колени жаловались, уши все еще как ватой заложило, в глазах мельтешила несуществующая мошка. Одну ногу перед другой, повторяла она. Одну ногу перед другой.
С улочки они сразу же перебежали к парковой полосе и ушли в гущу деревьев, инстинктивно держась подальше от жилых домов. Пробежали мимо осиротевшей детской площадки с цепочечными качелями и подкидными досками. Мимо открытой спортплощадки, огороженной оранжевой строительной лентой. Дальше полоса деревьев кончалась. Уже было видно было широкое серое плато и амфитеатр, возвышавшийся над круглым фонтаном, который даже сейчас почему-то работал.
На сиденьях сидели люди в военном.
Марко разглядел их первым. Встал и вскинул руку в воздух. Вся группа остановилась. Госпожа Мария с достоинством оперлась о руку Мики и мерно, хоть и глубоко дышала. Марко спустил Ивану на землю и прижал лицом к плечу, чтобы заглушить возмущенное взвизгивание.
Ветром доносило неразборчивые мужские голоса и всплески смеха.
– Патруль? – шепотом спросил Марко.
Алиса всмотрелась. Было видно, что группа о чем-то оживленно спорит. Двое повздорили из-за оружия: кажется, один не досмотрел и взял чужой автомат, и вот уже в воздухе заплясали слова и руки, угадывались сочные балканские ругательства, а вот мужчины уже обнимались и похлопывали друг друга по плечам. Кто-то достал пачку сигарет, и у него немедленно начали стрелять, по рукам пошла зажигалка, потянулся дымок от длинных ленивых затяжек.
– Не разобрать. Расслабленные какие-то. А что это вообще?
– Особняк чей-то, кажись.
– Резиденция, – подала голос госпожа Мария, и вся группа, кроме Иваны, повернулась к ней. – Резиденция, дети. Мы с Йоцей ведем вас в гости, где вести себя нужно очень прилично.
– Это музей, – тихо сказал незнакомый голос за спиной.
Все пятеро обернулись.
Метрах в пяти от них стоял парнишка едва ли старше Мики. Высокий, широкий в плечах и узкий в бедрах, в мешковатых джинсах и старой вязаной кофте оверсайз с порванным воротником. Он прямо глядел на группу сквозь тонкие стекла очков, а руки поднял в воздух открытыми ладонями наружу. Алиса подумала, что парень сам как из музея. Сошел с полотна югославского соцреализма, на которых любили восхвалять таких вот звонких ясноглазых строителей светлого будущего.
Марко тихо зарычал и свободной рукой потянулся во внутренний карман куртки. Алиса понятия не имела, что там у него. Может, нож, а может, это по привычке. Что бы ни было, парень считал угрозу и зачастил в ответ:
– Я вам ничего не сделаю, честное слово. Это вы можете что-то сделать, вас пятеро. Послушайте, я – работник музея, у меня тут архивные документы. Мы их пытаемся вынести в безопасное место, пока все не уляжется. Коробки тяжелые, а я, кажется, связку на запястье потянул, понемногу таскаю, но один все не смогу. Отец внизу, но он ничем помочь не может, так что я сам должен. Тут недалеко. Я покажу. Мимо этих, в форме, пройдем в обход. Я за этим и вышел, думал, по домам постучусь, кого-нибудь уговорю помочь. Здесь недалеко. Я вам покажу. Пожалуйста.
Он запнулся, помялся и все-таки добавил:
– Я заплатить могу.
Марко фыркнул и шагнул вперед, все еще удерживая Ивану.
– Слышь, малой…
Алиса перебила.
– Тебя зовут как?
– Александр. Аца.
– Как пидораса этого гребаного, – проворчал Марко.
Госпожа Мария возмутилась:
– За языком следите, молодой человек!
А Мика тихо сказал:
– Очень патриотично не помочь человеку только потому, что его зовут, как президента.
– Бывшего! – выстрелил Марко. – Предателя! На суку, надеюсь, висит уже.
Мика пожал плечами и шагнул вперед. Протянул парню руку.
– Мика.
