— Правильный ответ — пятнадцать, — фиолетовый полукруг погас, и в тот же миг пропали молнии, а контуры нижней ленты рассыпались умирающими светляками.
Электричка повернулась к моему недругу:
— Фраза «В Москву, в Москву!» взята из пьесы Чехова «Три сестры» или «Вишнёвый сад»?
— Три сестры, — недолго думая, брякнул злобный тип и оживил фиолетовый свет.
Следующей стояла Лариса Синицина. Вот ведь малявка малявкой, а какая фигуристая. Если б не Эрика, я бы только о ней и вздыхал. Не взирая даже, что она младше на целых два года. Она напоминала героиню испанских сериалов. Тёмноглазая, черноволосая и невероятно бойкая.
— В каком году впервые был осуществлён запуск человека в космос? — раздался вопрос, и я загрустил. Девчонки — не тот сорт людей, с которыми стоит разговаривать о космосе.
— Тысяча девятьсот шестьдесят восьмой, — тихо ответила Лариса.
Вся бойкость её куда-то испарилась. Мои зубы скрипнули оттого, что сцену снова скрыл мгла. Ну почему этот вопрос достался не мне? Я-то знал! Я даже передачу смотрел, посвящённую сорокалетию полёта Гагарина.
— Правильный ответ, в шестьдесят первом. Продолжим, — трудная доля отвечающего подбиралась ко мне всё ближе. — Закончи фразу: «В знак хорошего вкуса и традиций пример…»
— Лучший сорт чая «Липтон» предложил пионер! — выкрикнул Алик и победно завертел головой, мол, ну, как я вам?
Но полукруг так и остался молочно-белым.
— Ты не смотришь рекламу по телевизору? — холодно осведомилась Электричка, и приколист четвёртого отряда понурился.
— Не-а, — пролепетал он. — У нас дома телека нету.
— Иногда он полезен, — усмехнулась Электричка, — учит правильно отвечать на неожиданные вопросы.
Глаза её смотрели уже на меня. Я напрягся. Меня била тревожная дрожь.
— В какой пустыне нашли самый крупный железный метеорит? Гоби или Кара-Кумы?
— Гоби, — наугад выкрикнул я.
Я неотрывно изучал лицо Электрички. Оно было бесстрастным. Никакие тени эмоций не отражались на бледной в серебряном свете коже. Дрожь вернулась. И проснулось подленькое желание сбежать прежде, чем меня уличили бы в неграмотности. Нет, вы поставьте меня напротив ворот, дайте нормальный шарик, и, богом клянусь, я вам вколочу хоть дюжину одиннадцатиметровых подряд. Но тут… По коже пробежали мурашки безнадёжности. Не получалось сбежать. Я должен был играть.
Взгляд оторвался от директрисы и скользнул по матово-молочным дугам. Дрожь сменилась приливом возбуждения. А вдруг я угадал? Нет, а вдруг? Ведь тут пятьдесят на пятьдесят. И половина удачи, значит, на моей стороне. И я увидел, как зажглась фиолетовая струна.
«Струна, — удивился я. — Какая же это струна? Причём тут вообще струны?»
Быть может, потому что верхняя красного цвета?! Что случится, если зажжётся она?
— Что такое периметр?
Я отдыхал! Тяжёлый взгляд переполз на Серёгу, а зал мог воочию насладиться уровнем моих познаний.
— Чего-то из геометрии, — пробасил Серёга и отвернулся, видя, как потух фиолетовый свет.
— Правильный ответ, сумма длин сторон.
Зал загудел.
— Вам были даны три попытки, — Электричка легко перекрыла шум зала. — Не могу сказать, что вы ими удачно распорядились. Вершина всё так же далеко, а в копилке смешная сумма в триста условных единиц, — несмотря на то, что голос Электрички оставался мёрзлым, в нём проклюнулась ехидца. — Из-за кого вы не продвинулись дальше? Какой козёл путался под ногами и сбивал вас с верного пути?
— А как выбирать? — робко спросила Лариса, ещё не успевшая оправиться от неудачи.
— Просто покажите пальцем, — улыбнувшись, разрешила Электричка. — Это небольшой отход от норм вежливости, но разве козёл нуждается в изысканных манерах?
Я ткнул в Алика. Туда же уставились пальцы ещё двух игроков. А на груди неудавшегося юмориста плясала алая точка лазерной указки, которой владел Петро. Оставшиеся чёрные метки поровну разделились между Ларисой и Серёгой. Я тихо присвистнул, надо же, кто-то не боится портить отношения с известным силачом. Потом поёжился. Один из смелых пальцев принадлежал представителю шестого отряда.
— Почему Басаров? — спросила Электричка у хозяина лазерной указки.
— Тормоз он, — сердито проронил Петро, — хотя думает, что медленный газ.
— А тебе чем не угодил Алик? — холодно осведомилась директриса у первоотрядницы.
— Из-за этого юмориста хренова, — прорычала девушка, казавшаяся минуту назад весьма симпатичной, — я даже поиграть не успела.
— Видишь, Басаров, — усмехнулась Электричка, развернувшись к объекту всеобщего внимания, ты думал, что чувство юмора выручает в любой ситуации. Но товарищи не оценили приколы, перечеркнувшие им дорогу наверх. Команда не хочет играть с тобой. Гнать козла!
— Гнать козла! — выкрикнул кто-то из зала, а из другого угла оглушительно засвистели, пока вжавший голову Алик боком продвигался к лестнице. К левой, естественно.
У края сцены его осветил бледно-фиолетовый луч. Из-за колонок выбралась Иринушка и указала на микрофон, сиротливо стоящий возле спуска. Алик мгновенно выпрямился и схватил блестящий цилиндр с тёмным шаром.
