Музыкальные фрагменты не затянуты, подобраны эмоционально точно и служат не иллюстрацией, а как бы музыкальным языком для этих двух исступленно преданных музыке людей. Очень много режиссерских находок: вот Чайковский-Миронов берет у Спивакова палочку и начинает дирижировать своей Четвертой симфонией, посвященной «лучшему другу» фон Мекк.

Вот он и она проходят друг мимо друга, почти «соприкоснувшись рукавами». В письме к брату Петр Ильич описывает, что они с Надеждой Филаретовной случайно встретились на прогулке (он жил в ее имении)…

Всяческих похвал достойны артисты! Сколько сердечных переживаний могут передать мимика Ксении Раппопорт, ее жесты, ее интонации! Как филигранно работают они оба в передаче оттенков чувств! В «роли» Миронова есть поразительные куски, например такой: «Я страстно люблю русского человека, русскую речь, русские обычаи…».

Кстати, в начале композиции Надежда пишет корреспонденту о своей нелюбви… к Пушкину. Надежда Филаретовна ставила оперу Чайковского неизмеримо выше пушкинского романа в стихах…

После спектакля захотелось найти письма Чайковского. К сожалению, первое, на что я наткнулась, это были «Письма Чайковского без купюр». Взгляд споткнулся о рассуждение автора о любви Чайковского к скрипачу Иосифу Котеку во время написания Четвертой симфонии.

Нет, портить себе впечатление от спектакля я не захотела и читать восстановленные «купюры» не стала. Вспомнилось, с какой внутренней силой Миронов-Чайковский отвечал на вопрос фон Мекк: «Испытал ли я полноту счастья в любви? Нет, нет и нет. Понимаю ли я это всеобъемлющее счастье? Да, да, да». Наверное, это и есть самая большая правда о композиторе.

<p>Слово, которое лечит и которое калечит: Рутберги</p>

04.10.13

Развал Российской Академии наук идет полным ходом. Вот уже витает в воздухе идея отмены института ученых степеней.

Недавно к этой популярной идее присоединился писатель Дмитрий Быков, назвав ученые степени «советскими рудиментами» и «анахронизмом». В пример писатель привел себя: «Вот у меня нет ни кандидатской, ни докторской диссертации. Тем не менее, я полагаю, что многие кандидаты и иные доктора наук не в том объеме владеют информацией о русской литературе, в каком ею владею я». Не сомневаюсь, что это так, Дмитрий Львович. Но разве дело идет об информации?

Ученые в России, как и в других странах, где развивается наука (например, в Америке, Англии, Франции, Германии) выработали определенный порядок, процесс выращивания научных кадров. В России он двуступенчат, в этом ее своеобразие.

Однако вы напрасно считаете, что «степень PhD на Западе может быть получена просто в результате того, что человек занимается научным поиском».

Ошибаетесь! В Америке, чтобы получить докторскую степень нужно, как и в России, написать научную работу, диссертацию.

Исследования, работа над оформлением диссертации длятся обычно от 3 до 7 лет. Процесс работы и там, и здесь предполагает и сдачу экзаменов, и написание статей, и обсуждение результатов с коллегами на семинарах, и поездки на конференции с докладами. Все это вместе и ведет к «воспитанию ученого».

Защита диссертации — это предъявление научному сообществу твоих научных результатов, того, чего до тебя не было. И научное сообщество путем обсуждения, а затем свободного тайного голосования принимает или не принимает твои выводы, твои «научные открытия», изложенные в наиболее полной форме в твоей диссертационной работе, автореферат которой рассылается по библиотекам — знакомьтесь те, кого интересует предмет.

Не будем выливать из ванной воду вместе с дитятей. Бороться нужно с лженаукой, с плагиатчиками, с теми, кто избежал ответа за свой научный подлог, так как с момента их защиты прошли уже спасительные десять лет.

Великое дело делает ДИССЕРНЕТ, нужно его всемерно поддерживать и распространять в обществе его разоблачения. Нельзя мириться с псевдоучеными, с мошенниками в научных и начальственных креслах — и какая разница, сколько лет прошло со времени их воровства и мошенничества. Почему научное воровство выносится за скобки?

Мэр Москвы С. Собянин списал свою кандидатскую диссертацию, а затем монографию с чужого исследования. Почему это не обсуждается обществом? Почему чиновных плагиатчиков не призывают к ответу, не лишают ученых степеней и денежных доплат? Разве моральные качества чиновника, работающего на высокой должности, не важны для общества?

И вообще стоит ли отмахиваться от проблем науки, дескать, не до нее — общий кризис! Такое впечатление, что некто, проникший в самое сердце государства, делает все, чтобы полностью развалить образовательные структуры: школу, высшее образование, Академию наук, систему научных степеней…

Вспоминается, как в годы сталинщины некоторые узники, попавшие на Лубянку, были уверены, что власть в стране захватили враги…

Ситуация, в чем-то похожая на сегодняшнюю…

Перейти на страницу:

Похожие книги