Однажды она узнала слишком многое… и стала опасной для слишком многих. И тогда за ней началась охота. Охотники обладали всем — властью, силой, беспощадностью. Они не учли лишь одного — рядом с хрупкой затравленной женщиной встал мужчина. Мужчина, вступивший в жестокую схватку, чтобы отвести от любимой смертельную опасность. Мужчина, готовый не задумываясь рисковать своей жизнью снова и снова…
Свидетельства о его смерти в архиве не оказалось.
Выключив микропроектор, Джейм долго смотрела на почерневший экран. Это не укладывалось у нее в голове. Неудивительно, что ей никто не верит. Ей осталось лишь протянуть руку, чтобы сорвать покровы тайны, окутывавшие эту историю почти девятнадцать лет, но никто ее не слушает. Никто не воспринимает ее слова всерьез. Окружающие видят в ней безрассудную женщину, неспособную смириться с реальностью, и считают ее скандальные разоблачения секретных служб и разведывательных организаций плодом воспаленного воображения. Джейм в отчаянии ударила кулаком по столу. Должен же найтись кто-нибудь, кто выслушает ее и поможет ей!
Даже она с трудом верила в то, что в высших эшелонах американского правительства были люди, готовые любой ценой сохранить тайну. Для этого им пришлось преодолеть немало трудностей, но кто-то дал промашку, не обратил внимания на мелочи и забыл связать концы с концами.
В архиве отсутствовали сведения о местонахождении могилы, не было свидетельства о смерти. Топорная работа.
«Господи… а вдруг он все еще жив?» — спрашивала себя Джейм. Могла ли она хотя бы надеяться?
Если он действительно умер, рассуждала Джейм, почему до сих пор предпринимаются такие строгие меры секретности? Кого это могло заинтересовать? И почему их так беспокоит ее желание выяснить его судьбу? А если он все еще жив, зачем им создавать у людей — даже у нее! — впечатление, будто он мертв? Зачем они запугивают ее, вынуждая прекратить поиски?
Что все это значит?
Джейм вынула пленку из аппарата, вложила рулончик в футляр, затем натянула замшевый жакет и перекинула через плечо свою огромную сумку. Собрав вещи, она отнесла микрофильм в хранилище.
— Спасибо за помощь, — сказала она служащему архива и принялась рыться в сумке в поисках ключей от машины.
Служащий улыбнулся.
— Приятного дня, мадам, — пожелал он.
— Спасибо, и вы проведите его как следует, — ответила Джейм, кивнув.
— Постараюсь, — сказал служащий, глядя вслед Джейм, которая направилась к выходу быстрой изящной походкой. «Славная бабенка», — отметил он, окидывая посетительницу взглядом знатока. При росте пять футов десять дюймов Джейм была гибкой, словно тростник, и напоминала внешностью манекенщицу. Ее длинные, густые, блестящие волосы переливались всеми оттенками красного дерева. А глаза были цвета сосновой хвои. Служащий покачал головой и, отвернувшись, уложил футляр с микрофильмом на тележку, которая служила для доставки материалов в нужные ячейки хранилища. «Я многое отдал бы, чтобы познакомиться с ней поближе», — подумал он.
Выйдя из здания, Джейм тут же заметила синий «форд-эскорт», припаркованный на противоположной стороне улицы, и улыбнулась. Итак, охота продолжается. Джейм попыталась рассмотреть водителя, но его лицо было скрыто газетой, которую он якобы читал. «Старается не привлекать к себе внимания, — насмешливо подумала Джейм. — Наверное, они считают меня набитой дурой». Она торопливо сбежала по каменным ступеням к своему автомобилю, стоявшему у счетчика парковки рядом со зданием. Сунув ключ в замок, она распахнула дверцу, бросила кейс на заднее сиденье и уселась за руль, проклиная машины из проката, кресла которых неизменно устанавливались в положение, удобное для людей ниже ее ростом. В малолитражках Джейм всегда чувствовала себя крайне неуютно. Она посмотрела в зеркальце и вывела машину со стоянки, пятясь задним ходом. Мужчина, сидевший в «форде», отложил газету и принялся заводить мотор. Джейм по-прежнему не могла рассмотреть его лицо. Глаза мужчины были скрыты темными очками.
Направляясь к Управлению по делам ветеранов, что располагалось на Вермонт-авеню, Джейм продолжала размышлять об этом человеке. Вероятно, он работает на них. Джейм отдавала должное его упорству. Он преследовал ее с самого утра, когда она выехала из аэропорта Даллеса. Она видела его на стоянке у аэровокзала, затем они вместе пересекли Потомак. Проезжая по мемориальному мосту Мэсон, этот человек держался вплотную за ее машиной. Джейм не обращала на него внимания, пока не заметила припаркованный синий «форд» при выходе из здания, в котором находилась контора конгрессмена Блэкуэлла. И лишь покидая ресторан, куда она заскочила пообедать, Джейм поняла, что этот человек следит за ней.
Сотрудники Управления по делам ветеранов не смогли сообщить ей ничего нового, и, выходя из здания, Джейм ломала голову над тем, кто все это время опережал ее, кто умудрился загодя изъять из военных архивов интересующие ее документы — записи о выплате пенсий и пособий на похороны. Она посмотрела на другую сторону улицы. «Форд» был тут как тут. «Ублюдок, — с раздражением подумала Джейм. — Неужели ты не видишь, что я не представляю для вас опасности? Я лишь хочу узнать, что случилось с моим отцом!»