– Всякие подсобные помещения – где хранятся экспонаты между выставками, различные артефакты. Говорят, даже мумия была. Возможно, и до сих пор тут, – понизив голос, сказала Линда.
– Ого! Давай сходим на мумию посмотрим!
– Ещё не хватало. На старые кости смотреть.
– Может быть, она даже проклята! – мечтательно произнёс Петя.
– Тем более! – буркнула Линда. – Ладно, хватит на сегодня. Пойдём домой.
– Мы же только пришли! Я ничего подобного не делал в жизни. Не могу сейчас вот так взять и уйти! Ну, пожалуйста.
– Нет.
– Тогда можешь идти. Я остаюсь. – Петя скрестил руки на груди и отвернулся.
Линда закатила глаза. С одной стороны, она Петю сюда не приводила и имеет полное право уйти, с другой – ему всего лишь девять, а её мама дружит с его бабушкой, Линда как будто почувствовала себя ответственной за него.
– Ладно, – нехотя согласилась она. – Только по-быстрому. А то я всё бабушке расскажу.
– А я – твоей маме, – не растерялся Петя.
– Только посмей!
– Ну, всего пять минут! Честно!
– Я засекаю время. – Линда на полном серьёзе выставила таймер на телефоне. – Куда?
Петя показал пальцем за фонтан, на дверь, где висела табличка «Хранилище неолита».
– Туда.
За дверью был узкий длинный коридор, по обеим сторонам которого располагались многочисленные комнаты. Петя и Линда шагнули вперёд, потом ещё. И ещё. Пространство постепенно сжималось вокруг них, выдавливая из большого зала в лабиринты вспомогательных помещений. Они свернули направо, потом налево, нырнули под арку и оказались перед узкой лестницей, ведущей наверх.
– Тихо, – Петя застыл на нижней ступеньке и приложил палец к губам, – смотри! Что это?
В узкой полоске света, задрав попу кверху, в горе сваленных книг возилось какое-то существо. Увидев Петю, оно мигом скрылось за одним из книжных шкафов.
– Похоже, просто кто-то старые книги перебирает. – Линда передёрнула плечами. – Пойдём отсюда.
Ей стало не по себе, но она не хотела показывать Пете, что боится.
– Это точно не человек, – пробормотал Петя.
– Тогда тем более, пошли отсюда! – шикнула Линда и потянула мальчишку за собой.
– Может, это домовой? – не унимался Петя.
– Домовых не существует. И вообще! Скорее всего, это либо человек, либо какая-то дикая зверюга. В любом случае лучше делать ноги.
Но не успели Линда с Петей пройти и несколько шагов, как сзади кто-то громко чихнул, а потом и вовсе обиженно тявкнул:
– А домовые очень даже существуют!
Линда и Петя медленно повернулись. Перед ними стоял странного вида человечек. Лидэвик, как вы уже догадались. Маленький, суетливый, с пушистой шевелюрой. Он был похож на пухлого одуванчика. Если б одуванчики, конечно, могли носить старомодные костюмы и говорить. Лидэвик почесал волосатую щёку:
– Простите, не пугайтесь, не успел побриться.
– Вы кто такой? – удивился Петя.
– Ой, совсем одичал, – лидэвик хлопнул себя по лбу, – меня зовут Понти, я странствую уже восемь тысяч лет и записываю истории. И, кстати, раз уж речь зашла о том, что домовых не существует, я с радостью развею ваше заблуждение. Существуют, и ещё как!
Петя и Линда заворожённо разглядывали Понти – маленького роста, пухлого, с детскими ручками и умным лицом.
– Ну, мы, пожалуй, пойдём. Простите за беспокойство.
Линда взяла Петю за руку и потянула к выходу.
– Совсем никакого беспокойства! – запротестовал Понти. Он не рассказывал своих историй уже много лет, и раз такое счастье в виде двух слушателей свалилось ему на голову, он ни в коем случае не мог его упустить. – Останьтесь!
Он выбежал вслед за ребятами в зал.
– Линда, пожалуйста! – Петя наконец обрёл дар речи.
Уйти сейчас?! Это невозможно!
Зазвенел будильник. Линда достала телефон и сунула его Пете под нос.
– Вот видишь! Как и договаривались. Пять минут прошло. К тому же, – она покосилась на Понти, – тебя родители разве не учили, что с незнакомцами говорить ни в коем случае нельзя?
– Учили, – сказал Понти. – Бабушка ему говорила: если к тебе подходит незнакомец – уходи! А мама предлагала ещё и кричать. Как-то раз, когда ему было четыре года, мама специально подослала на детскую площадку свою подругу, чтобы проверить, уйдёт с ней Петя или нет. И Петя – ушёл! Вот так!
– Откуда вы знаете? – удивился Петя.
– Я же говорю, я странствую восемь тысяч лет и записываю истории.
– И про меня знаете? – насторожённо спросила Линда.
– Про тебя… эм-м-м… Я записываю интересные и важные события. С тобой пока такие не случались, – просто ответил Понти, но, заметив помрачневшее лицо Линды, спохватился: – Но всё ещё впереди! Это я точно могу сказать!
По стеклянной крыше забарабанил дождь.
– Пойдём, – сказала Линда.
– Ну, может, хоть дождик пересидите? – умоляюще спросил Понти. – Промокнете ведь… А я вам историю расскажу. Она уже тут. Не могу же я взять да отправить её восвояси?
Линда посмотрела на купол. И правда, выходить в такую дождину не очень хотелось.
– Ладно, – строго сказала Линда, – подождём!
– Замечательно! – просиял лидэвик. – Садитесь!
Он жестом указал на стулья перед трибуной. Линда медленно подошла и брезгливо присела на краешек.
– Вы нам расскажете про домового? – робко спросил Петя и уселся рядом с Линдой.
