- Спасибо, Санечка, - она чмокнула его в щечку, - духи замечательные!
- Как вспомнишь меня – побрызгаешься.
- Саш, да я постоянно про тебя думаю, - грустно вздохнула Юлька, вспомнив вдруг, что всего через каких-то три-четыре часа они расстанутся.
- Юль, ты поспала, пока меня не было?
- Нет, не получилось.
- Да ты что!? Я специально задержался – не хотел мешать тебе. Кушать будешь? - спросил Саша, проходя на кухню.
- Нет, спасибо, я так наелась утром, что до сих пор сытая!
- Юль, я Иру пожалел, а тебя нет, - неожиданно произнес Саша и тоскливо посмотрел на Юльку, - знаешь, если бы это было возможно, я бы женился на вас двоих.
Она забралась к нему на колени и молча обняла за шею.
Саша прижал ее к себе и снял с плеча бретельку пеньюара. Потом крепко прижался своими губами к ее губам и шепнул:
- Юлькин, я хочу тебя! Пойдем, займемся с тобой любовью!
Саша взял ее на руки и понес в спальню.
Нежно опустив на кровать, он склонился над ней и почувствовал теплое дыхание любимой женщины. Они любили друг друга, отдавая свою любовь до капельки, шепча друг другу слова любви и зная, что это их последняя любовь. Потом уставшие, лежали, крепко обнявшись, и молчали, думая каждый о своем.
- Санечка, я ведь уеду через пару часов, и мы никогда с тобой больше не увидимся, - произнесла Юлька, и слезы покатились из ее глаз, - Санечка, я так не хочу от тебя уезжать!
Ну, скажи, Санечка, скажи: «Юлька, давай сдадим билет, и ты останешься со мной еще на несколько дней», – мысленно молила она его, не решаясь произнести вслух последние слова. Но Саша улыбнулся и сказал:
- Юлькин, не плачь! И никогда не говори «никогда»!
Последние часы пролетели незаметно. Они пили крепкий кофе и ели мороженное со вкусом дыни. Потом Саша поставил кассету с домашним видео, и Юлька, наконец, увидела его маму, о которой так много слышала. Это была потрясающе красивая женщина. И Саня ее очень любил. Под негромкий голос телевизора Юля время от времени проваливалась в легкую дрему, периодически открывала глаза, брала Сашину руку и смотрела на часы. Совсем скоро она покинет своего самого любимого в ее жизни мужчину…
Юлька складывала вещи медленно, не соображая, что делает, а в голове ее стучала одна лишь мысль: «Она уезжает от него…Она уезжает от него навсегда…»
Самолет вылетал из Шереметьево-1 в 22 часа 45 минут. До конца регистрации оставалось 15 минут.
- Сань, теперь ты видишь, на что способна женщина, которая любит, – Юля смотрела в любимые глаза, изо всех сил сдерживая набегающие слезы. Она знала, что видит его в последний раз в своей жизни, и сердце разрывалось от боли. Юлька улыбнулась, чтобы Саша этого не заметил
- Я всегда знал, что ты сумасшедшая, но чтобы настолько…Нет, ты не сумасшедшая, ты безумная…- Саша крепко прижал Юльку к себе, зарылся лицом в её мягкие волосы на макушке, вдохнул и зажмурился, стараясь запомнить этот запах навсегда…
Обнявшись, они стояли среди толпы провожающих и улетающих, не в силах расстаться.
- Санечка, мне пора, - наконец произнесла Юля.
- Юлечка, подожди. До конца регистрации у нас есть еще пять минут. Я узнавал.
Саша наклонился и крепко поцеловал ее.
- Я пошла, - с трудом оторвавшись от любимого, прошептала Юлька и направилась к стойке регистрации.
- Юлечка, помни, я наблюдаю за тобой. И буду очень волноваться за тебя. Будь молодцом! И позвони мне обязательно, как только прилетишь. Хорошо?
- Хорошо, Санечка, - улыбнувшись, кивнула головой Юля и, не оборачиваясь, поспешила скрыться из вида, потому что слезы хлынули из глаз, заливая лицо и капая на белую блузку…Сердце разрывалось на две половинки, одна из которых оставалась здесь, в Москве…
ГЛАВА IV
Обратный полет прошел, к счастью, очень легко. Она была последней при регистрации, а значит, нигде в накопителях ждать не пришлось. С местом в самолете Юльке тоже повезло. В первом салоне, в первом ряду. Буквально через каких-то полчаса приятно запахло горячей едой, бортпроводницы ловко раздавали ужин уже начинающим дремать пассажирам. Юлька с аппетитом съела все предложенные мясные и рыбные деликатесы, запила слоеное яблочное пирожное ароматным кофе, и почувствовала, что ее клонит в сон. Действительно, время было ночное, а она не спала уже двое суток. К тому же, она почувствовала, как сильно устала за эти 48 часов. Нет, не физически. Она устала от этих бесконечных мыслей, сомнений, вопросов, мучивших ее постоянно эти два дня.
В салоне выключили свет, установилась тишина, и Юлька незаметно для себя задремала.
В аэропорту ее встретила Анютка, ее близкая подруга и вечная поддержка, единственная, знавшая об этом путешествии. Тронув машину с места, она тут же спросила:
- Ну как, говори!
Юля глубоко вздохнула, собираясь с духом. Они мчались по пустым утренним улицам, и Юлька рассказывала, рассказывала, рассказывала, постепенно приходя в себя от массы пережитых событий и эмоций. И произносимые вслух слова в ее голове восстанавливали реальность происходящего, которая до последней минуты была мечтой, выдуманной сказкой, рухнувшей в одночасье…