— Лопух, — уронил Андрей, глядя на него. Озлобленный шофер с маху ударил ни в чем не повинную машину кулаком по капоту, а потом стал дуть на руку, глядя исподлобья вдоль улицы.
Повисла тяжелая пауза. Мария смотрела прямо перед собой, в глазах ее блестели слезы. Андрей делал вид, что внимательно наблюдает за действиями таксиста, который снова поднял домкратом заднюю часть машины, быстро снял колесо и поставил запаску.
— На эту операцию у меня уходит ровно пять минут, — заметил Андрей.
— И сколько ты там пробудешь? — спросила девушка.
— У меня контракт на один год, — ответил он.
— Целый год! — воскликнула она.
— В войну женщины ждали своих мужчин по пять лет и больше, — усмехнулся Андрей. — Ты читала книгу моего отца про разведчика Ивана Васильевича Кузнецова? Не того, который партизанил в Западной Украине, а другого… Так вот, Василиса Прекрасная — он ее встретил в лесу у ручья — ждала его всю жизнь.
— Василиса Прекрасная из сказки? — улыбнулась Мария.
— Я ее знаю, она неподалеку от Андреевки учит русскому языку и литературе детдомовских ребятишек.
— Я буду ждать тебя, Андрей… — сказала она. — Только зачем все эти сложности? Сейчас не война. К чему усложнять твою и мою жизнь, искать приключений, опасности? Твои однокурсники летом получат дипломы, а когда ты его получишь?
— Вернусь и сдам государственные экзамены, — беспечно ответил он. — Никуда от меня диплом не денется. Для меня сейчас важнее другое…
— И что же это?
— Постарайся понять меня, Мария… Это не ребячество и не безрассудство. Где-то внутри себя я чувствую, что поступаю правильно, что все это мне позарез нужно. Какая-то жадность к жизни, что ли? Или желание все узнать, пощупать… Считай, что университет я два года назад закончил. Ничего нового там мне больше не дадут. Заканчивали же раньше университет за два-три года. Зачем же мне штаны протирать в аудиториях, если мне уже там неинтересно? Твой Георгий Победоносец хоть Библию на лекциях читает…
— Я ведь могу и обидеться, — заметила девушка.
— Я увижу незнакомую страну, людей… Я все, что смог, прочел про Афганистан, даже начал изучать Коран. Маша, я ведь буду там работать шофером на крупной стройке! Глупо было бы отказываться, лишь потому…
— Лишь потому, что я боюсь за тебя и не хочу никакой разлуки… — эхом откликнулась она.
— Мария, давай сегодня же подадим заявление в загс? — предложил он. — Я покажу свои бумаги, и нас в два счета окрутят…
— Окрутят… — с горечью повторила она. — Как ты можешь, Андрей? Не такого предложения я ждала от тебя.
Он вдруг опустился перед ней на колени, приложил руку к сердцу и, глядя снизу вверх, произнес:
— Дорогая леди, я предлагаю вам на веки веков свою руку и сердце! Если вы не примете их, то я… Что же я сделаю? Брошусь с Дворцового моста в Неву!
— Встань, на нас смотрят! — сказала Мария.
— Так выходишь ты за меня замуж или нет?! — вскочил он с земли. Молодые мамаши с улыбкой смотрели на них.
— Я уже давно твоя жена, глупый, ты разве этого не замечал? — улыбнулась она.
— Раз ты моя жена, то слушай внимательно меня, — посерьезнел он. — Во-первых, вытри слезы, они портят твои прекрасные глаза, во-вторых, еще раз улыбнись, мне очень нравится твоя улыбка, и, в-третьих, вставай со ступенек и пойдем ко мне домой, где и отпразднуем нашу помолвку.
Андрею и в голову не могло прийти, что ровно две недели назад его отец сделал предложение Виолетте. И почти в таких же выражениях.
Говорят, сердце вещает… Сколько раз проходила Оля Казакова мимо Зимнего стадиона, неподалеку от цирка, и ей в голову не приходило даже взглянуть на афиши о происходящих там соревнованиях, а тут будто кто-то в спину ее толкнул, она остановилась и прочла: «Первенство по боксу. Звание чемпиона Ленинграда в среднем и полутяжелом весе оспаривают заслуженные мастера и мастера спорта…» Среди незнакомых фамилий сразу бросилась в глаза фамилия мастера спорта Г. И. Андреева.
— Ты что прилипла к афише? — потянула ее за рукав Ася Цветкова. — Вроде бы ты никогда боксом не увлекалась. И боксерами тоже.
— Вот почему он раскидал тех подонков… — задумчиво произнесла Оля. — Мастер спорта.
Она рассказала подруге о ночном происшествии на улице Маяковского. Из всей этой истории Асю больше всего удивило то, что неожиданный спаситель не попросил у Оли телефона…
В афише сообщалось, что финальные соревнования начнутся в девятнадцать часов. И будут продолжаться три дня.
— В каком он, интересно, весе? — сказала Оля. — Сегодня первый день соревнований.
— Никогда не была на боксе, — сказала Ася. — Но так и быть, пойду сегодня с тобой. Очень уж хочется посмотреть на твоего спасителя…
Зал был переполнен. Лампы освещали обтянутый толстыми белыми канатами ринг. Внизу за длинным столом сидели судьи, рабочий в синем комбинезоне, стоя на коленях, что-то делал в углу, где обычно отдыхают после удара гонга боксеры. К удивлению подруг, в зале было много женщин. Они-то думали, что будут белыми воронами в этом мужском собрании…
