– Не шевелись, – велел он. – Я сейчас «скорую» вызову.
– Не надо «скорую», ты чего, – еле слышно отозвалась мама и попыталась сесть. Федя сразу же подал ей руку, помог. – Нормально всё. Перегрелась, наверное, такая жара на улице, даже ветер не спасает…
– Тогда тем более нужна «скорая», – не унимался Федя. – Но сначала пойдём в тенёк, давай руку…
Растерянность отступила, как будто её и не было. Федя мгновенно вспомнил, как оказывается первая помощь, действовал машинально, как будто всю жизнь к этому готовился. Помог маме убрать пакеты в сторону, заставил снять кофту и положить под голову, помог улечься на лавочку. Достал из маминой сумочки платок, смочил в минералке, положил на лоб. Затем сел рядом, на краешек лавочки, взял за руку… и неожиданно ощутил, что мама дрожит. Такого в симптомах перегрева точно не было, и Федя машинально протянул руку, положил её на мамин лоб.
Тёплый, как и рука. То есть, по-обычному тёплый, как будто нет никакого перегрева.
– Ничего не понимаю, – пробормотал Федя.
– Я же говорю, всё хорошо, – сказала мама. – Не волнуйся, сейчас домой придём, и всё будет нормально.
Но разве могло быть нормально, когда её трясло? Федя снова растерялся.
А дальше начало происходить такое, о чём он до сих пор вспоминает с трудом. Потому что перепугался, потому что переволновался, потому что… потому!
Мама пронзительно закричала, обняла себя за плечи, и Федя отступил на пару шагов. Заметил краем глаза, как подошёл кто-то высокий, тоже остановился неподалёку. Мама опустилась на колени и закричала снова. В стороне послышались визги, и чувство, скрытое за ними, угадывалось безошибочно – страх. И Федя тоже боялся, да так, что не мог даже сдвинуться с места, хотя понимал, что надо бежать.
Мама превращалась в чудовище. Она опустилась на четвереньки, её тело покрывалось густым фиолетовым мехом, глаза стали огромными, покраснели.
– Скажите, что мне это снится, – выдохнул кто-то поблизости.
Федя неожиданно для себя ухватился за эту мысль и потёр глаза рукой, как будто это могло помочь. Не помогло.
И в этот момент появился он.
Конечно, когда в кино супергерой впервые показывается перед людьми, это происходит как-то… по-героически, как говорил мне Федя. Но с этим парнем всё получилось иначе. Он спустился с неба на крыльях, и это выглядело достаточно эпично… пока парень не приземлился как-то так настолько неудачно, что покатился кубарем по земле.
– Это ещё кто? – послышался незнакомый мужской голос в стороне.
Федя машинально оглянулся. Вокруг уже собирались люди – взрослые, дети, мужчины, женщины… Они таращились на огромное бесформенное чудовище, которым стала его мама, и никто даже не подумал о том, чтобы предложить помощь. Федя растерянно оглянулся на парня с крыльями и увидел, что тот уже поднялся на ноги и отряхнулся. И его крылья куда-то исчезли.
– А это ещё что за клоун? – послышалось из толпы.
Федя оказался ближе всего к этому парню, а потому слышал, что он пробормотал себе под нос:
– Хотел бы я сам знать…
Парень был высокий, ну просто очень высокий, какими бывают баскетболисты. Он был одет в широкие штаны и просторную футболку с длинным рукавом, голову скрывал капюшон, а лицо – маска. Всё это было такого приятного синего цвета, что казалось, что здесь появился кусочек неба, оживший и воплотившийся в теле человека.
– Р-р-р-р-р! – послышалось в стороне.
Федя обернулся и невольно отступил на шаг. Чудовище, не так давно бывшее его мамой, обернулось к нему и прищурило красные глаза. Федя попятился. Чудовище медленно, как кошка, готовая к прыжку, направилось к нему. Отходя назад, Федя краем глаза заметил того самого парня в синем.
– Эй, ты супергерой или клоун в костюме? – выдохнул Федя. – Ты действовать будешь?
Парень вздрогнул и обернулся к нему. И как-то так странно посмотрел на него, что Федя решил, будто он испугался.
– Финист, не стой столбом! – послышался тихий высокий голос.
Казалось, он исходил не от самого незнакомца с маской, но откуда-то рядом, или… Федя машинально заозирался по сторонам и пропустил тот момент, когда парень сорвался с места. Зато успел заметить, как он оказался впереди, раскинул руки… и чуть было не упал под натиском чудовища!
– Мама, – только и смог произнести Федя.
Он снова отступил, и на этот раз наткнулся на что-то и упал. «Что-то» оказалось лавочкой со спинкой, и Федя на мгновение подумал о том, что в этой ситуации, наверное, выглядит смешно и неуместно. И чуть было сам не рассмеялся, понимая, что дурацкие мысли лезут в голову из-за страха.
