История доходит до начала двадцать первого века и… замирает. Почему?Забудьте все, что вы знали о времени. Окунитесь в мир четырех измерений, где люди ездят в соседний век так же, как в соседний город. Добро пожаловать. Если пойдет кровь из носа, не бойтесь, это бывает с теми, кто путешествует во времени первый раз.Забудьте все, что вы знали об истории. Окунитесь в мир, где люди буквально переживают взлеты и падения цивилизации, после восхождения к прогрессу падают в пучины войн. Если стреляют, бойтесь, вас тоже могут подстрелить.Можно ли пережить взлеты без падений?Есть ли какой-то путь из прошлого в будущее, не обагренный кровью?Может быть, вы найдете этот путь.
© ЭИ «@элита» 2014
НАША КНИГА ИСПОЛНЯЕТ МЕЧТЫ!
СКОРО ВЫ УБЕДИТЕСЬ В ЭТОМ САМИ!
Дорогие читатели!
Скажите честно, не было ли в вашей жизни такого момента, когда вы выходите из офиса после выматывающего дня, забиваетесь в тесный «пазик», с тоской смотрите на проезжающие мимо дорогие авто?
Не было ли такого, что вы, опять же с тоской смотрите на витрины туристических агентств, манящих на Мальдивы и в Париж, в Лондон и на Гоа?
Не доводилось ли вам, возвращаясь в свою хрущобу, проходить мимо элитного жилого комплекса, читать растяжку:
ЗАБУДЬТЕ ОБ ЭТОМ!
ОТНЫНЕ У ВАС БУДЕТ ВСЁ, ЧТО ВЫ ХОТИТЕ!
И наша книга – первый ваш в этом помощник. На примерах биографий известных мультимиллиардеров мы покажем вам, как можно добиться успеха буквально с нуля.
Итак, сегодня мы расскажем про выдающегося магната Роберта Дугласа Роттервельда, который на собственном примере доказал:
(запомните эту фразу раз и навсегда)
У Роттервельда не было образования, он не закончил школу, но его прозрения намного опередили его время. Человек, который, начав с полпенсовика, через несколько лет купил себе особняк. А ведь были времена, когда никто не мог увидеть в замурзанном замухрышке будущего мультимиллиардера, который положил к своим ногам весь земной шар.
Роберт Роттервельд (в детстве его звали просто Роббит – крольчонок) рано остался без родителей, в возрасте семи лет сбежал из приюта и подался в Лондон в надежде попытать счастья на мануфактурах. Великий город встретил маленького оборвыша далеко не приветливо, и только природная смекалка, острый ум и уверенность в себе помогли ему остаться на плаву, в то время как множество его сверстников…
– Слышь, пацанчик, закурить есть?
– Не курю…
– А какого чёрта ты не куришь, когда все курят, а? не, вы на него посмотрите, пацаны, все курят, он не курит, а ну, стой, ком-му сказал!
– Дяденька, пустите, я…
Кто-то хватает Робби, кто-то тащит за шиворот, обшаривает карманы, полпенса, последние, и локон матери, Робби срезал, когда она умерла, локон, перетянутый ленточкой…
– Это что, от твоей девушки? Не, глядите, пацаны, у него и подружка есть…
– А ну отдай!
Робби кидается за локоном, мощный кулак бросает мальчика в грязь, дай-дай-дай-пусти-пусти-пусти…
Хлопки. Резкие. Отрывистые. Два парня падают, залитые кровью, ещё двое убегают в темноту ночи. Кто-то подхватывает Робби, кто-то большой, сильный…
– Чего, пацан, не сильно они тебя?
– Не-е-е…
Полпенса, полпенса последние, и локон жалко…
– Да ты продрог весь… айда со мной…
– Спа… спасибо…
– Да не за что… тебя как звать-то?
– Ро… Робби…
– Роттервельд?
– Ага… а… а чем это вы их? Вот так… хлоп, хлоп… и нету…
– А так вот…
Робби подумывает, как бы не сам дьявол перед ним оказался, ну да ладно, дьявол и то лучше пацанвы этой…
В юности Роттервельд перепробовал множество профессий, он был приказчиком в магазине, рабочим на верфи, каменщиком, штукатуром, почтальоном… Судьба улыбнулась юному Роберту: благодаря своей усидчивости и каллиграфическому почерку он устроился в адвокатскую контору, где вскоре дослужился до помощника юриста. В семнадцать лет Роберт решил попытать счастья на новом, только что открытом континенте…
– Ну, привет.
Роберт оторопело смотрит на человека перед ним. Где-то он его видел, чёрт возьми, где, где…
– Не узнаёшь старых друзей?
Роберт настораживается: может, задолжал кому, не отдал, да это давно было, не пойдёт человек ради этого Роберта искать…
Роберт хлопает себя по лбу, ну как же не узнал, это же…
– А-а, мистер…
Гость пожимает руку Роберта, не называет себя, вот это странно: не называет себя, где это видано…
– А вы, вижу… неплохо устроились.
Роберт настораживается. Если будет просить в долг, Роберт не даст, правило у Роберта: в долг не давать…
– Слышал, в Новую Англию собираетесь?
– Да, сэр, думаю, что смогу развернуться.
– Бросьте.
– Простите?
– Бросьте. Даже не вздумайте.
– Напрасно вы так, сэр. В себя надо верить, я уже купил билет, уплываю завтра, в десять…
Гость наклоняет голову. Думает.
– Ну что же… Давайте, что ли, разопьём на прощание, когда ещё увидимся…
…Роберт еле-еле разлепляет веки, клеем они, что ли, смазаны, или пришиты одно к другому… долго ищет, где пол, где потолок, нет ни того, ни другого, почему комната ходит ходуном…
Теперь нужно понять, ночь или день, вроде похоже на утро, по утрам в конторе солнце падает на большие часы.
Часы…
Роберт вскакивает, как ошпаренный, смотрит на стрелки на взводе, тянутся к полудню… Оторопело оглядывается, билет, билет, вот он, билет, в руках у господина, вот господин рвёт его на мелкие клочки…
– Как вы спали?
У Роберта перехватывает дыхание, нет слов.
– Вы… вы…
– Всего хорошего… мистер Роттервельд.
