Как я уже говорил, у меня тогда были отношения… своеобразные. То есть, я спал то с Линой, то с Олесей по очереди. Ничего такого в этом не было, обе из совсем глухой провинции, приехали в город, Олеся в торговом училась, Лина поступила на медицинский – но обе в общем то оставались еще там, в своем усть-Жопинске. Дело тут не в деньгах. В деревне совсем другое отношение к любви. Чувства мало имеют значения. В ходу другие категории – нормальный вроде, не пьет или по крайней мере до усрачки не напивается, сильный, здоровый, работа в руках кипит. То есть, женщина подбирает себе спутника жизни, оценивая его перспективы по жизни, как хозяина, как главы семьи. А про любовь… стерпится – слюбится, так говорят. С изменами в селе тоже проще – в каждом есть разведенка, или еще кто, к которой мужики ходят – и все жены это знают. Но молчат. Общественное мнение по умолчанию считает это нормальным, но вот к примеру, если такая женщина мужа из семьи уведет – вот тут уже все село восстанет… могут и дом поджечь. Семья – это святое, потому что одной бабе без мужа детей поднимать тяжело, и если происходит такое…
Эти две – приехали из глубинки, жили у какой-то родственницы дальней, поставили себе цель – устроиться. А со мной чем не устройство – езжу на Тойоте, крутой, денег подкидываю. Ну а то, что я с ними с обеими – они явно решили, что уж одну то я точно выберу…
Вторая будет искать дальше. Кроме того, тогда все по вечерам сериалы смотрели. Интернета то не было – потому как только вечер, так все шли смотреть сериал. Марианна, Санта-Барбара, Дикая Роза. Тогда это было как… спасательный круг что ли. Пусть все плохо – но хоть одним глазком можно глянуть на то, чем там живут. В нормальной стране. А там все время любовные треугольники – значит все нормально…
***
В тот день все нормально было, я еще запомнил – была месячная летучка, и моя тема с коктейлями готовыми – набрала такой размах, что могла конкурировать с самыми крутыми точкам по выхлопу. Причем получалово – там где ты получаешь штуку, там десять ты никогда не получишь, это надо понимать. А выторг с коктейлей рос и рос и в принципе – ничего не мешало эту тему и дальше педалить. Наша продукция появилась уже в Москве.
Получил я прилично, по пути заглянул в магаз, купил цветы –конфеты, короче все как у людей. Вышел из машины, лыба на все тридцать два, поднялся…
Звоню – не открывают. Звоню – не открывают.
Потом дверь открылась на цепочке. За ней эта карга старая. И слышно, как на заднем фоне кто-то рыдает…
Это еще что.
А эта карга – она раньше училкой что ли работала.
– Я… как бы в гости.
– Александр…. Как вас…
– Иванович.
– Так вот, Александр Иванович. Больше попрошу не приходить. Вам здесь не рады.
Первый раз в жизни мне такой от ворот поворот дали…
***
Лина и Олеся были настолько разными, что иногда я сомневался в том, а сестры ли они.
Олеся – в мать пошла, буфера четвертого размера, типичная хохлушка – но за фигурой она следила, хотя склонность к полноте у нее была. Лина… худенькая, высокая, стройная, лисьи глаза – настоящая куколка. Просто удивительно, как такие создания в такой глуши вырастают.
Я ждал… и нервничал все больше и больше. И когда я уже решил пойти и вынести дверь – из подъезда выскользнула Лина в подаренной мной шубке, запрыгнула в машину…
– Что произошло? – спросил я
– Фух… еле вырвалась
– Что произошло.
– Олеську… изнасиловали в подъезде.
Я сначала не поверил.
– То есть… как изнасиловали. Ты чего гонишь?
– Так… на первом этаже схватили… у нас квартира дворничихи пустая стоит. Затащили туда. И… во все дыхательные и пихательные…
– Кто? – спросил я после долгого молчания
– Не знаю. Сказали… тебе привет.
Я осторожно отцепил руки от руля. Сначала одну, потом другую
– Привет от кого?
– Не сказали. Говорили что-то… про завод.
Вот так значит…
Вспоминая эту ситуацию – я понял, именно в тот вечер до меня дошла одна простая истина. Если я выбрал этот путь – то его составной частью является одиночество. Любой человек, с которым меня связывает что-то серьезное – автоматически становится мишенью для моих врагов. Не достанут меня – достанут его.
Я достал с заднего сидения пакет… там была моя доля за месяц. Сунул его Лине…
– Лина… извини, пожалуйста, за всё… вот, возьми. Больше я не приду.
Лина явно этого не ожидала
– Володь… да ты чего. Ну… всякое бывает, я…
Она не знала, что сказать… а у меня и слов то не было.
– Иди к своей сестре. Этих денег вам… должно хватить. И лучше…
Я не докончил.
– Иди. Иди, Лина, иди…
– Володя
– Вали, сказал!
***
Ларин взял бы автомат и поехал искать тех, кто это сделал. Я – поехал искать дядю Степу Маркова…
***
Где он живет – я знал. Машину оставил подальше. Сел не у его подъезда, а у первого…
Нехорошо, когда такой как я встречается со старшим опером «шестерки». Но и по-другому не получится…
***
Марков появился через час примерно, у него была девяносто девятая. Когда он припарковал машину, я позвал со скамейки.
– Дядя Степа!
Он выпрямился, лапнул кобуру
– Лом это
Он замер, вглядываясь. Потом сказал
– За мной иди
***
