— В семи километрах от дороги.
— Не шути так, прелесть моя, мы шли очень долго.
— Ну и что? Сначала пошли от дороги, а потом свернули и пошли вдоль. А вот здесь дорога делает крючок, вот мы и недалеко поэтому. А тебе зачем?
Я объяснил ситуацию. Дорог много, но все они ведут к нашим врагам. Поэтому самое разумное идти назад, договориться с солдатами или с траком побольше вытащить нашу «Тойоту», и гнать по другой дороге в надежде опередить бандитов. Если мы сумеем объехать равнину справа, то не будет никакой стрельбы и погони.
Мы выигрываем по времени. Заодно не надо тащиться по саванне, где Жоржика могут съесть нехорошие звери.
— Ты в самом деле не чувствуешь расстояния? — спросила она меня, когда мы уже вышли на Трансмозамбикскую трассу, которая как живой нерв вилась с одного конца страны на другой, разветвляясь в стороны сопредельных государств.
Я промямлил что-то невразумительное. Это была правда. Я совершенно не чувствую сколько прошёл. И это случилось сразу после того как… Перемещения в пространстве — дрянная штука, особенно со скоростью звука.
Солдаты на контрольном пункте были настолько поражены нашим появлением, что забыли те несколько слов что они учили в тренировочном лагере. Спас офицер, на довольно сносном английском он объяснил что здесь небезопасно и в округе ещё бродят непримиримые из блока Ренамо.
— А вы кто? — спросил я не будучи столь подкованным.
— Фрелимо! Президент Чиссано! — ответил он счастливо улыбаясь и глядя на Дашу.
— Будь я проклят! — сказал я вполголоса. — С машиной помочь можешь?
Он ответил в том смысле что сейчас узнает и побежал к развёрнутой в палатке радиостанции, где пробыл недолго. Вернувшись сообщил что до самой Замбези, а это четыреста километров отсюда, ничего похожего нет, но если мы готовы подождать, то через три часа приедет смена на армейском грузовике, который сможет выдернуть нашу машину из болота с помощью его замечательных солдат.
— А пока, — предложил он, — не согласитесь ли вы присоединиться к нашей трапезе?
Он сделал широкий жест в сторону походной кухни от которой шёл приятный запах.
— Что у вас там? — спросила Даша.
— О! Это целая история! Если вкратце… Ночью мы были разбужены ужасными звуками, какое-то страшное животное, может быть дракон хотело напасть на наш беззащитный лагерь.
Услышав о беззащитном лагере, я решил что с меня хватит, поэтому встал и пошёл к котлу, возле которого восседал один из представителей коренного народа банту. А метрах в пяти на траве была разложена громадная шкура гипопотама. Но голос лейтенанта долетал и сюда, поэтому волей-неволей мне пришлось выслушать его рассказ посвящённый самоотверженной битве чудовища и горстки несчастных и запуганных солдат. «Напуганные» солдаты не знали что говорит их командир, но по жестикуляции понимали о чём, и поэтому ржали как ненормальные.
— И тогда я встал. — рассказывал лейтенант. — Смело вышел ему навстречу, и всадил по одной пуле в каждый глаз!
— А сколько было глаз? — невинно спросил я.
— Это был монстр с двумя десятками глаз! — заявил он храбро.
— И у него есть название?
Лейтенант споткнулся на мгновение. Побормотал что-то про себя и сказал:
— Научное название я не знаю, а по-нашему его зовут Момбаса!
— А по нашему бегемот. — заключил я по-русски для Даши, которая уже делала восторженные глаза, может сорок глаз, глядя на ночного героя.
— Не мешай! — сказала моя глазастая птичка. — Я пытаюсь наладить контакт с местным населением. Он уже согласен ехать с нами до места.
— Он уже согласен ехать с тобой на край света. Хочешь я его подтолкну? Без всяких твоих штучек?
— Так неинтересно! — заявила она снова поворачиваясь к лейтенанту. — Вы говорите что он очень вкусный?
— Нет ничего вкуснее на свете, чем чудовище убитое собственными голыми руками! — безапеляционно заявил герой.
— Тогда угощайте! — она подала ему руку, и счастливый обладатель стодвадцатизарядного пистолета повлёк её к кухне.
А я поплёлся позади вместе с Жоржиком, который смотрел на лейтенанта с немым восхищением.
— Закрой рот, Жорж! Бегемотик был так себе, небольшой. И глаз у него было всего десять.
Прошло пять часов вместо обещаных трёх, и за это время герой-сказочник расправился с громадным стадом монстров и дивизией муджахеддинов, не знаю почему ему не пришло в голову назваться внебрачным сыном президента.
— А они приятные люди. — сказала Даша, когда мы уже скакали по кочкам в сторону противоположную уехавшему с солдатами грузовику.
— Они будут приятными пока не получат другого приказа. Не забывай что беженцы удирали не только от оппозиции, как сейчас это выгодно представлять. Жоржик, что молчишь? Хотя бы кивни.
— Оставь Жоржа в покое, он устал!
А я не устал? Хотя скорее отдохнул, и что это я накинулся на беднягу лейтенанта? У них тут все охотники и рыболовы. Научились с детства руками разводить.
«Во-от такой дракон!», или «Целого кита поймал метров двадцать длиной! Ну может двадцать пять!». Многие верят.
Мы приехали в деревню Бани-Симба к середине следующего дня. Она была пуста.