Вслед за остальными я понуро побрела обратно в библиотеку. Сложно держать спину прямо, когда видел столько разочарования в глазах тех, кто вдруг на тебя понадеялся. Еще сложнее, когда твой промах незамеченным оставлять не собираются.
— Ну что, Рыжая, сколько фаерболов тебе удалось состряпать? — ухмыльнулся Берджи, едва меня завидев. Разумеется, остальные уже рассказали о моем поражении.
Тэд — такой же бугай и лучший друг Берджи — заржал как конь. Иногда мне казалось, что мозги у них поделены на двоих. Однако сам Берджи не настроен был веселиться. Подойдя ко мне, он процедил:
— Неужели ты действительно думала, что у такой, как ты, что-то может получиться? — И прошел мимо, толкнув меня плечом.
Никто ничего не заметил. Никто не заметил и того, как мои руки сжались в кулаки. Бессильная злоба, обида на «такую, как ты» порождала решимость — доказать всем, что я чего-то стою. Быть может, Бездна давала шанс каждому из нас показать силу характера… силу духа.
Если, конечно, сама Бездна нас не сломает.
Сказались ли усталость, утомительное ожидание или напряжение последних часов, но я все-таки задремала, сидя прямо на полу и прислонившись спиной к шкафу. Проснулась от странного звука — далекого, но довольно отчетливого, хотя источника его не поняла. За окнами уже давным-давно стемнело — если в прошлую ночь мы освещали библиотеку смартфонами, то сейчас источником света стали свечи, который откуда-то достала мисс Гейс.
Она, к счастью, перестала походить на статую — начала суетиться, то накрывая на стол и уговаривая «бедных деток» поесть, то собирая экспедицию вниз, за свечами. Малкович, наоборот — чем дальше, тем больше в себе замыкалась. Ни с кем не разговаривала, сидела в кабинете, словно бы отгородившись ото всех. Изредка приходила к нам, в библиотеку, но только слушала других. Стояла, скрестив руки на груди и обхватив пальцами локти. Кажется, она была одной из тех, кто начал подозревать — в Альграссу мы уже не вернемся. Во всяком случае, не сейчас.
Я пыталась гнать от себя подобные мысли — знала, если поддамся им, паника накроет с головой. А в таком состоянии я теряю остатки самообладания.
Звук повторился. И, кажется, стал сильней.
— Что это? — Многие, как и я, только что проснулись.
— Звук оттуда, снизу, — выглядывая из дверного проема, сообщил Виктор.
— А ты гений, — насмешливо протянула Блейз. Его косой взгляд она проигнорировала. Протиснулась боком и направилась прямо к лестнице.
— Ты куда?
— Как куда? Хочу подобраться поближе.
Ребята начали просыпаться — кого-то разбудил странный шум, кого-то — взволнованные голоса друзей. Мистер Ронас заверил, что во всем разберется, и пошел вслед за Блейз, которая уже осторожно спускалась с лестницы. Замирала на ступеньке, прислушивалась, и наступала на следующую. Не в силах усидеть на месте, я выскочила из библиотеки одной из первых. Мне повезло: спохватившийся мистер Моррис запретил остальным выходить, чтобы не создавать лишнего шума. Всего на площадку у лестницы вышло шесть человек. Я даже не удивилась, когда среди любопытных увидела Джоэла. Альбома из рук он не выпускал. Ему бы журналистом стать, честное слово.
Не знаю, был ли лунный свет, проникающий в окна, нашим преимуществом — вдруг он выдаст нас с потрохами? И тут же в голове зазвенело: «Выдаст кому?» Я до боли закусила губу, даже мелькнула мысль пойти обратно. Нет. Неизвестность пугает больше.
Медленно и по возможности бесшумно ступая по лестнице, передвигаясь гуськом друг за другом, мы спустились на второй этаж. Теперь стало очевидно: шум доносился с первого. И он был… громким, устрашающим. Казалось, будто кто-то долбит огромным кулачищем в металлическую дверь. Или раз за разом бросает на каменный пол крышку люка.
— Дальше нельзя, — шепнул мистер Ронас. Судя по его напряженному лицу, кажется, он уже пожалел, что мы вообще спустились. Подтверждая мои мысли, сказал: — Думаю, нам лучше подняться в библиотеку.
— И сидеть там, трястись? — Блейз его план не одобряла. — Если что, я взяла нож.
Я оторопела. Хелена, как хвостик следующая за Виктором, вытаращила глаза.
— Ты ненормальная? — прошипела она.
— Мы в Бездне, дура.
Ронас явно собирался их осадить, но Виктор был быстрее: просто взял и зажал обеим девушкам — и сестре, и бунтарке — рты. Если бы не парализовавший меня страх, я бы, наверное, рассмеялась. Зло прищурив глаза, Блейз буквально сдернула его руку с лица.
Раздался грохот. Да такой, что вздрогнули все, кто находился на площадке.
— Шкафчики, — вдруг все поняв, упавшим голосом сказала я.
На меня уставились пять пар глаз.
— Мы забрали еду, но забыли про шкафчики.
— Мистер Моррис был прав, — прикрыв глаза, сказала Блейз. Как и все мы, повышать голос она не рисковала. — Кто бы ни был там внизу, его привлекли запахи. А я ошибалась, когда думала, что стекла нас защитят.
— Не кори себя, — хмуро отозвался Джоэл. — Мы все надеялись, что защищаться не придется. Да и потом… Твари, способной поднять такой шум, ничего не стоит сдвинуть в сторону или даже повалить один из шкафов.
Хелена ахнула.
