Конечно, в «Алладине» Артём — стажер, но вместе с тем он профессиональный военный, закончивший лучшую в Европе военную академию и почти три года отслуживший в военной разведке, причем именно в том отделе, который занимался аналогичными операциями 5. Но вместе с тем он понимал и израильтян. Научный потенциал Израиля был существенно выше, чем у их главных конкурентов в борьбе за Черный континент, и, естественно, Израиль находился под более тщательным контролем Комитета по выявлению и пресечению несанкционированных научных исследований, чем ЮАР. А тут такая возможность доказать свою лояльность человечеству…
В том случае, если операция пройдет успешно, Израиль получит серьезный бонус. Но если в сухом остатке окажется труп офицера «Алладина», вряд ли операцию сочтут успешной. Потому-то, думал Грива, Шкаликов и готов положить дюжину своих чернокожих, лишь бы офицер «Алладина» не пострадал.
Артём был не прав. Майор не собирался попусту класть своих людей — и тут же заявил об этом:
— По второму пункту я тоже с тобой не согласен! Если не вывести автоматику, две трети моих парней скосит за полминуты. Так что придется тебе пожертвовать «научным железом».
— Не придется, — сказал Грива.
Он достал из кармана на поясе плоскую пластину-датчик с высовывающейся наружу зеленой петелькой — «хвостиком» мономолекулярной нити-антенны — и протянул майору. — Какой, говоришь, рабочий цикл у этой охранной системы?
— Полный — одиннадцать минут, — ответил Шкаликов, с любопытством рассматривая датчик. — Это что за хреновина? Ни разу не видел такую в стандартных каталогах.
— И не увидишь. Это спутниковый коммуникатор.
— Такой маленький! Неплохо! Как он работает?
— Работает он отлично. (Ишь какой любопытный!) Твоя задача — установить его в тридцати-сорока метрах от охраняемой территории, предварительно вытянув антенну на сто-сто пятьдесят метров. Только осторожно! Эта нитка может запросто палец отрезать!
— Знаю. Сделаем. И что будет?
— Минут пятнадцать — ничего. Пока спутниковый компьютер раскодирует сигналы, скопирует холостой цикл и составит оптимальный режим активного воздействия. Ну а затем мы можем просто забыть, что у буров есть какая-либо автоматика.
— Ты уверен, что эта штука способна заблокировать охранную систему? — с сомнением произнес Маккаби Шкаликов.
— Система не будет блокирована. Спутник аннулирует сигналы датчиков и сгенерирует собственные, соответствующие тем, которые аппаратура считает за время холостого прогона. То есть охранный комплекс нас просто «не увидит».
— Быть того не может! — заявил Шкаликов. — Там же дистанционка только на минах. Вся остальная связь — проводная!
— Если бы там не было проводной связи, обошлись бы без коммуникатора, — произнес Грива. — Не беспокойся, все будет, как я сказал. Мы же все-таки «Алладин», а не НАСА.
— Да уж, — буркнул майор. — А я, признаться, думал, что у Израиля самая лучшая армейская электроника.
— Так и есть, — сказал стажер Грива. И добавил не без гордости: — Только ведь мы — не армия. Мы — «Алладин».
— Вот она, — Шкаликов осторожно отодвинул ветку. В образовавшемся «окошке» Артём увидел кусок бетонной стены, обмазанной какой-то коричневой дрянью, поверх стены — три нитки ржавой «колючки» и головку камеры наблюдения, медленно ворочающуюся на подвижном шарнире-«шее». С обеих сторон камеры выглядывали черные рыльца сдвоенных пулеметов.
Между стеной и лесом оставалось метров тридцать голой, взрыхленной и наверняка «удобренной» гербицидом земли — полоса отчуждения.
Артём прищурился, но так и не сумел разглядеть прозрачные лески-растяжки, хотя их наверняка не тронули: только обезвредили сами мины.
— Начнем сразу с трех сторон, — прошептал майор. — Запускай свою глушилку…
Грива коснулся сенсора. Вверх ушел направленный сигнал, а в следующую секунду динамик за ухом Артёма щелкнул и голос координатора Хокусая, такой четкий, словно координатор стоял за спиной Гривы, произнес по-японски:
— Сигнал принят. Мы вас видим. Отчет пошел, стажер!
И ровно через пятнадцать минут:
— Есть компенсация. Можете работать.
— Принято, — отозвался Грива. И уже не понижая голоса, поскольку направленные микрофоны противника тоже «оглохли»: — Действуй, Маккаби!
Шкаликов рявкнул, подражая какой-то зверюге. Двое негров, затаившихся в зарослях позади Артёма, черными пантерами проскользнули мимо и помчались через очищенную полосу. Грива почувствовал, как напрягся их командир. Шкаликов даже дышать перестал. Два спаренных пулемета в секунду превращают человека в фарш… Но пулеметы молчали, а черный «глаз» на стальной шее продолжал плавно вращаться, «не видя» целей.
В считанные секунды чернокожие достигли стены, забросили «кошки» и, быстро перебирая руками и ногами, взбежали наверх, набросив на проволоку пластиковое «одеяло», преодолели гребень стены, скинули с плеч винтовки с примкнутыми штыками и исчезли по ту сторону. Тоже напряженный момент, однако ни стрельбы, ни криков не было слышно. Это означало, что проникновение всех трех групп прошло чисто.
— Ждем, — бросил Шкаликов.
Он все-таки отговорил Артёма от непосредственного участия в штурме.