Древний прошёл к телеге. Люди расступились перед ним. Накрытый одеялом, больной лежал тихо и неподвижно. По опыту было понятно: парень старается не шевелиться, почти не дышать. Александр потянул носом воздух, но специфических запахов не уловил.
– Когда не двигаешься, почти не болит, да? – он обратился к парню, как к старому знакомому, пытаясь снять напряжение.
– Угу, – сдавленно ответил больной.
– Я догадываюсь, что у тебя за болячка, но мне нужно больше уверенности. Потерпи, это необходимо.
Александр откинул одеяло, поднял парню рубашку, надавил на правую подвздошную область и резко отпустил.
– Ай! – вскрикнул парень.
– Всё, всё. Больше мучить не буду.
– Что со мной?
– Сейчас расскажу. Родители, ближе сюда идите!
Муж с женой подошли, внимая.
– У него внутри воспалился крохотный отросток. Если не вытащить, пойдёт заражение в кишки, и парень умрёт.
– Как можно вытащить то, что внутри? – дрожащим голосом промямлила жена.
– Очень просто: разрежу вот здесь, отсеку, что не нужно, и зашью. Но есть риск. Вокруг грязь, дорога, нет правильных условий для операции. Внутрь может попасть какая-нибудь дрянь, хоть я и буду стараться этого не допустить.
– Я не дам резать своего сына. Вытащить то, что внутри – чертовщина какая-то! – сурово проговорил отец.
Александр решил убедить его:
– Послушайте, зубы ведь выдирают, если они гнилые. Или отсекают ногу, поражённую гангреной. Тут то же самое, только внутри. Нужно делать, иначе парень умрёт. Решайте быстрее, я должен подготовить всё до бури.
– Отец, болячка у меня в животе не выйдет с простым поносом, я чувствую. Доверься ему, они ведь лечат царей, это всем известно! – неожиданно вмешался сын.
Древний удивлённо посмотрел на парня:
– Редко кто из больных сам настаивает. Ты понимаешь, что резать будут именно тебя?
– Дак, коль не резать, я умру в мучениях, правильно?
– Ваш сын не трус, мне редко попадаются такие, кто соглашается сам. Перетащите его в центр лагеря, когда солдаты всё подготовят, я за инструментами.
Александр развернулся и зашагал прочь, пресекая все возможные споры. Он предчувствовал тяжёлую ночь.
– Байл, они не заразны, подходить можно, – прошептал он взводному, – Если не принесут парня ко мне сами, притащи его силой, понял?
– Что-ж, полагаюсь на мудрость древних. Не получится ли, как в прошлый раз?
– Не должно, Байл, не должно…
– Но учти, держать фонарь будет кто-то другой. Я этого дерьма насмотрелся ещё тогда, когда ты лечил того купца.
Пока Александр отыскивал скальпели, зажимы и прочее у себя в вещах, солдаты уже разгрузили часть телег, что ехали впереди, и сейчас спешно переворачивали на бок, делая стену лагеря. Шторм приблизился: теперь различить его почти не составляло труда.
«Успеют ли всё собрать?»
Вот и его тележка подъехала. Несколько солдат сразу подскочили к ней, одновременно начали разгружать и снимать тент. Люди суетились, а караван быстро превращался в убежище. Солдаты накрепко привязали гуляй-город сверху, кое-где прикрыв дыры щитами, поставили пару телег внутри в качестве опор. Оставалось только окопать и обернуть палатками, чтобы вода не заливалась внутрь.
Александр не стал терять время и готовил место для операции загодя, показывая Байлу, какую часть лагеря огородить. Повозка встреченной ими семьи не подошла. Её оставили снаружи, но укрыли у себя людей и их нехитрый скарб.
Беспокойство, что больного придётся силой тащить на операцию, развеялось, когда отец спросил, куда его положить.
«Теперь главное хорошо прооперировать» – настраивался древний, протирая инструменты спиртом.
– Байл, поставь людей вокруг, чтоб не пускали посторонних. И дай мне человека с фонарём, – раздал указания он.
– Да, с фонарщиком мы уже определились, – усмехнулся взводный.
Один из солдат на этих словах подтолкнул вперёд новичка, Сибальта, как бы показывая, кто будет светить.
Сибальт стоял со слегка смущённым и рассеянным лицом. По всему видать, он не рвался на эту роль.
«Наверно, тянул жребий»
– Иди сюда, – обратился он к новобранцу, – Когда я начну лечить, буду говорить вслух, комментировать каждое действие. Не пугайся – это не шаманские заклинания, просто мне так легче делать дело. Понял?
Сибальт неуверенно кивнул.
– Фонарь держи сверху, не тряси. Если мне нужно будет подвинуть его, я просто передвину твою руку куда надо, без лишних слов. Иди, разожги два фонаря. Один поставишь рядом, про запас.
Солдат отошёл, а древний принялся на ощупь искать обезболивающее. Люди Байла уже почти затянули убежище палатками, стало темно.
Рядом разожгли фонарь. Александр повернулся.
– Посвечу тебе, пока не началось, – навис над ним взводный.
«Наверно, он тоже волнуется, пытается занять себя хоть чем-то».
Александр нашёл порошок, воду.
Пришёл новенький.
– Ну всё. Удачи тебе, древний, – устало проскрипел Байл.
Александр сосредоточенно кивнул: он уже настроился на операцию. Смешал дурманящий порошок и воду в миске, дал выпить больному, тщательно протёр бок. Подождал пару минут, передвинул руку Сибальта с фонарём ближе, чтобы видеть лицо. Взгляд парня стал размытым, блуждающим.
«Можно приступать».
